|
Не беру ли я на себя слишком много? То решение, которое я принял, слишком уж страшное, и не известно к какому результату оно приведёт. Встаю и начинаю медленно ходить по камере. Может быть, ещё не поздно отказаться? Временами останавливаюсь у топчана и смотрю на спящую Лену. Она доверилась мне. А имею ли я право так рисковать? Хорошо, если только собой, но ведь я и ей рискую тоже. Но чем дальше я размышляю, тем твёрже прихожу к выводу, что все пути, кроме избранного, ведут к неминуемому проигрышу. А здесь есть шанс. Пусть самый призрачный, но он есть только на этом пути. Других вариантов просто нет. Главное, действовать завтра твёрдо и решительно. Так, чтобы самому в решающий момент не заколебаться и не отступить. Бросаю взгляд на Лену. А как она всё это воспримет? Пусть она сказала, что полностью доверяет мне. Но до такой степени! Глава IV Исхитрись-ка мне добыть То-Чаво-Не может быть! Запиши себе названье, Чтобы в спешке не забыть! Л.Филатов Утром Лена, проснувшись, спрашивает меня: — Ну, ты принял решение? Я вновь отвечаю ей строчками Высоцкого: — Там чужие слова, там дурная молва, там ненужные встречи случаются. Там сгорела, пожухла трава, и следы не читаются, в темноте. Лена с сомнением смотрит на меня. Похоже, что она не поняла. Пытаюсь пояснить по-другому: — Если хода нет, а ходить надо, с какой масти надо идти? Взгляд моей подруги не становится более осмысленным. Поднимаю палец и назидательно декламирую: — И всегда ходи с бубей, если хода нету! Лена начинает понимать. Её лицо меняет выражение с недоумевающего на озабоченное: — Андрюша, неужели всё так безнадёжно? — Надежда умирает последней, Леночка. А мы с тобой пока ещё дрыгаем ногами и шевелим мозгами. В данный момент надо настраиваться. Это, как поётся, будет последний и решительный бой. От тебя потребуется только одно: верить мне, ничему не удивляться и не мешать. Да, и ещё одно: быть готовой к самому худшему. Лена с сомнением качает головой и хочет возразить, но я останавливаю её: — Всё, дискуссия и обсуждение планов закончены. До выхода на сцену главного действующего лица остались считанные минуты. Пока я договариваю последние слова, камера озаряется золотистым светом. В стене появляется проём, и на пороге появляется Меф: — Прошу на чашку кофе. Лена смотрит настороженно, но я ободряюще улыбаюсь ей и шагаю в проём. Лена вздыхает и устремляется к проходу как в омут. Но на ходу она резко останавливается и возвращается к топчану. Там она натягивает сапожки и надевает камзол. Прихорашиваясь на ходу, Лена догоняет нас. Женщина всегда остаётся женщиной. А уж моя Ленка, тем более. Кофе уже готов. Меф разливает его по чашкам и приглашает нас к столику. Лена ошеломлённо оглядывается и тихо балдеет. Я коротко объясняю ей, где мы находимся… Она кивает и подходит к окну. — Андрей! Глянь-ка! — зовёт она меня. Подхожу к окну. Вдалеке скачут всадники, человек двадцать. Они в красных плащах, которые на солнце отблёскивают золотом. Золотые мушкетеры! Но Лена смотрит и протягивает руку в другую сторону. Через небольшую речку по мосту, по направлению к замку, движутся четыре пушки. — Я знаю об этом, — спокойно говорит Меф, который стоит сзади нас. |
