Родя хмыкнул и вернул телефон обратно в чехол.

— Такие вещи покупаются не для того, чтобы бегать с ними по заснеженным просторам. Эта вещь нужна, чтобы подчеркнуть статус.

— В таком случае, тебе понадобится ещё один аппарат наподобие моего, или в экспедиции советую не теряться.

До конца дня попытался потренироваться в работе со временем, но ни разу отмотать время обратно у меня не получилось. А жаль, очень хотелось проверить насколько удобно прыгать во времени с часами. Под вечер заглянул в общую комнату, где торчали Валик с Кешей. Парни играли в какую-то настольную игру, но я так и не понял до конца правил, потому решил не вмешиваться, а наблюдал со стороны.

Зато утро подбросило массу испытаний. Встал по будильнику в семь утра и отправился в ванную. Буквально минут через двадцать пришла комендантша и предупредила, что собеседование начнётся в десять, а пока у нас есть время на завтрак. К слову, кормить нас никто не собирался, а это значит, что питание возлагается на наши плечи, а точнее, на наш и без того худой кошелёк.

— Арс, есть чё пожрать? — Родя вышел из ванной в одних труселях и полотенце на голове.

— Представь себе, нет. Я как-то не озаботился этим вчера, а теперь придётся перебиваться чем есть.

— Бежать тебе — у меня голова мокрая! — тут же сориентировался Серафимов.

— Да без проблем!

Памятуя случай в особняке, я лучше сам схожу за продуктами, хоть буду знать что я купил и из чего готовлю. В случае с Родей быть уверенным в безопасности продуктов нельзя — этот хитрый жук всё равно придумает как переложить свои обязанности на кого-нибудь другого, а оно мне надо? В таких условиях тот же Кислов может отправить на тот свет нас обоих.

В магазине оставил три тысячи, зато притащил в комнату два полных пакета продуктов. Разложил по полкам всё, что долго хранится, а скоропортящиеся продукты отправил в холодильник. На поздний завтрак у нас был сладкий чай и бутерброды с маслом и сыром — всё, что успел приготовить на скорую руку.

На собеседование каждый шёл с нескрываемым волнением. Пугала неизвестность. Кто знает, какие критерии нужны в Арктической академии? Как я понял, набирают людей с крепким здоровьем, выдержкой и владеющих талантами для обучения и последующей работы в Арктике. Что на счёт меня? Будет ли здесь полезен мой талант? Волновался даже Родион, хоть и старался не подавать вида.

Наконец-то нам выпала возможность увидеть учебный корпус изнутри. Собеседование проходило в большом зале для конференций, где собрались ректор и деканы факультетов. Одним словом, практически все преподаватели академии, которые были на данный момент. Оно и не удивительно — для одного курса преподавателей много не нужно, это в последующие годы, когда в мурманске будет учиться два, а потом и все три курса, штат придётся расширять.

Студентов было очень много, поэтому нас разделили на группы. Мы с Серафимовым, Уваровым и Зиминым попали в группу из двадцати студентов, которым предстояло первыми пройти собеседование. У дверей в зал стоял уже знакомый нам профессор Лёвушкин, который в день нашего приезда занимался распределением студентов в общежитии.

— Матвей Любавин!

Григорий Иванович назвал первую фамилию, и мимо нас прошёл упитанный розовощёкий парень. Остановившись у двери, он шумно выдохнул, а потом решительно шагнул в зал. Минут через пять он вышел в коридор весь мокрый от пота. Увидев нас, парень расплылся в улыбке.

— Прошёл!

— Что спрашивали? Тяжело было? Какой у тебя талант? — парня буквально завалили вопросами те, кто ждал своей участи. Парня спас громкий голос профессора:

— Илья Ларский!

Парень с длинными чёрными волосами, собранными в пучок, протиснулся через толпу и скрылся за дверью.