Я ведь исходил только из скорости выведения ядов и не учел психологический фактор. Ррист — доброволец, к тому же не особо верящий в действенность принимаемого снадобья. Получаем двойное отрицание. Он не воспринимает мои капли ядом и настроен скептически — а, значит, и его организм реагирует точно так же. Выходит, для него окситоцин — не агрессивный реагент, который желательно побыстрее удалить из организма, а… что? Неужели простая органика?

Если так — я действительно переосторожничал с дозировкой, ведь тогда получается, что его тело не борется с поступившим извне веществом, а усваивает его. А по скорости усваивания любой органики хвостатым нет конкурентов ни в одном из миров. Что там нашему брату — даже землеройке, которая за сутки сжирает и перерабатывает пищи в шестьсот раз больше собственного веса — и то остаётся только завидовать. Хвостатые, если надо, могут и больше усвоить. К тому же именно могут — а не обязаны, как эта мелкая гнусная вонючка, помирающая от голода, если не найдет чего пожрать хотя бы в течение часа. Чем дольше размышляю, тем более убеждаюсь, что моя догадка верна и пятьдесят миллиграмм вчерашней дозы для Рриста— что хнеру дробина, не повод даже поморщиться.

Но тогда — сколько?

И как это сколько рассчитать? Паршиво, но, похоже, опять придется методом тыка. Нет точных параметров для расчета, никто никогда не выстраивал таблиц зависимости, тут и бабушка не поможет, только опытным путем. Если двух-трех грамм на слизистую не хватит — придется переходить на внутривенные способы введения. Жаль, что не удастся начать уже сегодня. Вчера повезло — шел дождь, обложной, затянувшийся почти на целые сутки. Сквозь такой мощный облачный слой луна не пробивает совершенно, вот мы и не стали терять времени даром. Сегодня ясно, и луна еще слишком активная. Но ночь не потеряна зря — я заполнил журнал, составил план работы на несколько следующих суток, упорядочил последовательность. Бабушка будет довольна, когда перестанет дуться на деда и вернется. Она любит, чтобы все продуманно и упорядоченно.

Молоко сегодня пришлось варить себе самому — Лия поцапалась с Алеком, и оба они дружно обиделись еще и на меня, хотя убей меня хнер, я тут вообще ни при чем! Словно малые дети. Не понимаю я их ну вот совсем. Впрочем, уже и не пытаюсь, люди вообще существа странные, чтобы их понять, нужно иметь запасную голову. Это тоже выражение деда. И это выражение я хотя бы понимаю и полностью с ним согласен. Людей невозможно понять, даже самых близких.

Вот возьмем для примера Алека — он у меня восемь лет живет, практически каждую ночь общаемся, часами работали вместе — и что? Стал ли я понимать его хотя бы на ладонь больше, чем восемь лет назад? Ой, что-то сомнительно. Да ладно Алек, все же не родня даже по крови, но я ведь и бабушку не понимаю! А куда уж ближе, казалось бы. Или дед — в нем ведь до сих пор тоже слишком много от человека. А с ними я знаком всю свою жизнь. Но это не делает их понятнее даже на чуть.

Что уж говорить о Лие, которую знаю менее года? Лучше просто оставить в покое и ждать, когда сама придет мириться. Они всегда приходят сами, если подождать достаточно долго, проверено. Это, очевидно, тоже чисто человеческое. Разве что Алек за последние годы научился приходить не так заметно. Впрочем, Алек сейчас не важен, может хоть вообще не приходить, мне не с ним работать предстоит. Ничего, надо только подождать.

Вот я и жду.

Даже не стал спускаться на любимую скамейку, когда увидел, что она там сидит.