– Что я могу поделать? – пожал плечами Сэм. – Вито назначил заседание. Я должен ехать. Я должен подчиняться.

– Все же не забывай, Сэм, что ты – единственный из всех, кто связан со всем бизнесом, не имеешь "послужного списка" в полиции. Твое имя нигде не задействовано, так что держи его чистым. Даже не бери с собой оружия.

– Я отдам его Томми, – сказал Сэм.

– Ладно, значит, это проблема Томми.

Они пожали друг другу руки и обнялись при расставании. Пат пожелал Сэму удачной поездки.

– У тебя голова варит, Пат, – сказал его тесть. – Скоро ты поднимешься еще выше, особенно когда станешь юристом. Ты очень умен, и то, что ты сказал насчет порошка, заставляет меня задуматься. Я на заседании подниму некоторые из этих вопросов.

Совещание в "Апалачине" дало всем "шишкам" организации множество материала для раздумий. Благодаря бдительности сержанта полиции Эдгара Кроссвелла пятьдесят восемь капо попались – их поймали или тогда, когда они продирались сквозь кусты, или во время попыток выехать из поместья, окруженного полицейскими и работниками Управления по борьбе с алкоголем и наркотиками. Остальные сорок, включая Сэма, ухитрились остаться чистыми, оставшись в доме и переждав, пока не спадет жара. Сэм был достаточно умен и понимал, что полиция не войдет в дом без ордера, а оснований для выдачи ордера на обыск не было. Просто семья встречала друзей из прежней страны.

Но Апалачинская облава привлекла нежелательное внимание прессы, даже большее, чем заседания Комитета Кефовера в 1951 году. Особенно всех заинтересовали убийство Анастасиа и покушение на Костелло.

Это был прорыв, которого ждал специальный агент Реган Дойл.

Глава 20

Специальный агент Реган Дойл уселся на крутящийся стул в своем крошечном кабинете в Главном управлении ФБР на Шестьдесят девятой улице. Перед ним лежала куча вырезок из газет за неделю о рейде в "Апалачине". В "Нью-Йорк пост" была помещена статья Сида Фридлендера под заголовком: "Мафия – это фольклор или синдикат смерти?" В статье упоминались Лаки Лучиано, Фрэнк Костелло, Вито Дженовезе, трехпалый Браун, Вилли Моретти и Альберт Анастасиа. Подзаголовок гласил: "Мафиози встречаются, и полиция боится новой войны между бандами". На четвертой странице был напечатан анализ Апалачинского рейда под заголовком: "Главари банд боятся выскочек", а на противоположной странице была статья: "Старая седая мафия – это уже не то, чем она была раньше".

Министр юстиции США Уильям Роджерс, прибыв в Нью-Йорк, одобрил разгон Апалачинского заседания. В ФБР на каждого из арестованных были открыты дела, но когда Милтон Уэссел, прокурор регионального отдела по расследованию Апалачинских событий, попросил, чтобы к его группе были подключены люди из ФБР, Гувер ему отказал. Он заявил, что вся эта операция была "экспедицией по рыбной ловле", и объяснил Конгрессу: "У нас нет ни людей, ни времени для таких спекулятивных мероприятий". Уэссел предложил создать группу в Отделе расследования преступлений, чтобы свести следователей с прокурорской властью, но Конгресс проигнорировал его идею.

Реган, служивший раньше полицейским в Шестом участке на территории, контролируемой Тонн Бендером, был осведомлен лучше обычного агента. Он знал, какие места были под крылом Бендера, какие профсоюзы контролировались им и т. п. Дойл был уверен, что Пат, который жил в этом районе дольше него, имел гораздо больше информации. Но что толку настаивать, если сам шеф Бюро ни во что это не верит? И все же он накапливал материал.