– Я привяжу один из этих блоков к ногам, – сказал Пат. – Думаю, этого будет достаточно.

– Подождите, – сказал Шалуц, – так не пойдет.

Порывшись в сумочке, он достал складной нож с перламутровой ручкой. Присев рядом с телом, он быстро срезал рубашку с монограммой и отстегнул пояс с инициалами, затем вонзил сверкающее лезвие в белый живот трупа и стал его резать по линии талии.

– Что ты делаешь? С ума сошел? – спросил Пат.

– Если не взрезать живот, трупы всегда всплывают, даже с грузом. Там собирается газ.

Пат отвернулся, пока Шалуц доканчивал работу, затем они с Райаном взяли тело за плечи и ноги.

– Подождите секунду.

Шалуц схватил правую руку Бендера, все еще унизанную драгоценностями.

– Оставь это, – сказал Райан. – Ты с ума сошел? Разве у тебя нет уважения к мертвым?

Сосчитав до трех, они бросили тело в темную воду.

– Подрядчики придут завтра, – сказал Пат, – чтобы взорвать еще часть берега. Много камня упадет и на дно.

– Отлично, – заметил Райан. – Ну что же, еще увидимся.

Он с Шалуцем сели в "кадиллак" и уехали.

Пат потянулся и прошелся по дорожкам. Он обрадовался, увидев, что на клумбах уже пробиваются крокусы, а на фруктовых деревьях формируются почки. Вздохнув, он забрался в "плимут". Он его пригнал сюда за день до этого, вернувшись в город вместе с Сэмом.

Двигаясь по знакомой дороге к городу, Пат не чувствовал ни облегчения, ни угрызений совести. Он мечтал о том, чтобы это была его последняя работа такого плана. Надо было кончать с такими вещами. Но хотя Райан и был капо, он все же участвовал в таких мероприятиях. Пат решил, что это дело вкуса.

Глава 35

Когда Пат добрался в тот вечер до дома, Конни в неглиже ждала его на кухне. Стол был завален книгами и картонными папками – она работала над докладом о возможности образования детей с болезнью Дауна.

– Тебе не было нужды меня ждать, Конни.

– Знаю, но мне все равно надо работать. Хочешь чего-нибудь поесть?

– Просто выпью молока. В холодильнике что-нибудь есть?

– Только мясо и холодные спагетти.

– Отлично.

– Я подогрею тебе.

– Ничего, и так сойдет. Я поем их холодными.

Он достал из холодильника два блюда и молоко. Конни, вздохнув, встала из-за стола и принесла ему тарелку, салфетку и вилку.

– Ты мне не говорил, что поедешь на ферму сегодня, – сказала она.

– С чего ты взяла, что я там был?

– У тебя ботинки и брюки в известковой пыли.

– Ну, да, – сказал Пат. – Мне надо было забрать машину. В прошлый раз я ее там оставил и вернулся с Сэмом.

– Ты имеешь в виду, что ездил с ним вчера?

– Разве я это говорил?

– Нет, но я знаю.

– Ну, Сэм хотел дать мне несколько советов по строительству, а я устал вести машину и поехал с ним.

– А как ты туда доехал сегодня?

– Ну, один из парней меня подкинул...

– Во всем, что ты говоришь, нет ни капли правды.

– Ох, Бога ради, занимайся своими чертовыми докладами и не лезь в мои дела, – рассеянно сказал Пат.

Первые несколько дней в газетах "Ньюс" и "Таймс" ничего об исчезновении Бендера не появлялось, но еще было слишком рано. Пат сомневался, будут ли вообще какие-то сообщения, или же позволят Бендеру тихо исчезнуть со сцены.

Через три дня после того, как муж уехал, Эдна Бендер появилась в Управлении полиции Форта-Ли и заявила, что ее муж не возвращался с тех пор, как "ненадолго вышел" в воскресенье.