Мои расчеты оказались верными. Вместо ругательств я вдруг услышал вполне человеческие слова:

— Отпустите меня.

— Будете себя нормально вести?

— Да.

Я отпустил Эрнеста. Тот сел на пол, потирая руку и, бросая на меня яростные взгляды. Но это в данный момент меня волновало меньше всего. Я подошел к Ланиной и помог ей встать. На ее щеке пламенел след от удара мужа.

— Что у вас произошло? — спросил я.

— У него вдруг случился приступ ревности, — ответила Ланина.

— Ревности? — удивился я.

— Он приревновал меня к вам, он сказал, что вы — мой любовник.

С этим он явно поторопился, подумал я. Вот только непонятно, что дальше мне делать? Но что делать дальше подсказал Эрнест.

— Дайте мне пить, — вдруг жалобным голосом попросил он.

Я посмотрел на Ланину.

— Пожалуйста, дайте ему, — попросила и она.

Я подошел к бару, отыскал там единственную бутылку с минеральной водой, налил ее в бокал и поднес к Эрнесту. Тот осушил его одним глотком и попросил еще. Теперь он уже пил чуть спокойней.

Эрнест встал с пола и перебрался на стул. Несмотря на то, что он был по-настоящему красивым мужчиной, смотреть на него сейчас было неприятно.

— Ты протрезвел? — спросила Ланина, и меня удивили интонации в ее голосе; в нем звучала заботливость и даже нежность. А ведь буквально три минуты назад он гонялся за ней с кулаками, а она в страхе убегала от него и вопила на весь дом.

Эрнест посмотрел на нее и не очень уверенно кивнул головой.

— У меня башка трещит, — вдруг сказал он и словно в подтверждении своих слов схватился за голову.

— Тебе надо поспать. — Она приблизилась к мужу, взяла его голову в свои руки и заглянула ему в лицо. Затем Ланина вдруг выпрямилась и посмотрела на меня. Я понял этот взгляд; так смотрят на человека, который мешает, который на данный момент не нужен.

— Спокойной ночи, — сказал я и быстро вышел из комнаты.

Не знаю, как они, но я заснул почти мгновенно и больше в эту ночь меня никто не тревожил. Так закончился этот длинный и, может быть, самый необычный день в моей жизни.

Глава вторая

Утром я проснулся от того, что кто-то стучался в мою дверь. Я проснулся, накинул на себя халат, затем пошел открыть. Это была Ланина.

— Вы будете с нами завтракать? — спросила она, как-то немножечко застенчиво поглядывая на меня.

Обычно я просыпаюсь легко, в любой, в том числе самый ранний час. И то, что я явно пропустил все положенные для пробуждения сроки, вызвало во мне смущение.

— Я сейчас, — сказал я.

На утренний туалет я постарался затратить рекордно короткое время. Я спустился в гостиную, которая по совместительству выполняла функции столовой. Супруги уже сидели за столом. Я занял приготовленное для меня место.

Завтрак миллионеров оказался не слишком обильным, мало отличался от утренней трапезы самых обычных граждан, но меня сейчас волновало не это. Я внимательно рассматривал эту непонятную мне семейную пару. Выглядела она вполне мирно и, казалось, ночной инцидент никак не повлиял на их отношения. Впрочем, следы ночных событий, хотя и тщательно загримированные, я все-таки обнаружил; даже сквозь толстый слой пудры на щеке Ланиной проступала краснота.