То, что как минимум часть громких слов Мироненко осталось только словами, подтвердилась уже четвертого января, когда мы все пятеро «прославившихся» хоккеистов молодежной сборной Советского Союза вместе со всеми получали медали чемпионов мира. Как и ожидалось даже без целой пятёрки, Советская сборная камня на камне не оставила от поляков. На малой спортивной арене Лужников третьего января наша сборная в присутствии двух тысяч зрителей со счётом 7:0. Павел Буре сделал хект-трик, а его партнеры по ЦСКА Могильный, Федоров и Валера Зелипукин забросили по шайбе. На следующий день все там же на малой спортивной арене, наша сборная обыграла ФРГ со счетом 10:1.

Дополнительный остроты этой победе придало то, что сразу трое из дисквалифицированных игроков Советской сборной вошли в состав символической сборной турнира. Помимо меня туда попал Стас и Женя Мухин. И вообще только наши хоккеисты составили эту самую символическую сборную.

Тройка нападения получилась: Виноградов Семенов Федоров, защитники Мухин и Котлапс, а вратарь Щебланов. Что до всего остального, а именно дисквалификации до конца чемпионата Советского Союза и исключения из комсомола, то на пятое число было назначено заседание в Комитете по физической культуре и спорту при Совете Министров СССР. Именно там, на самом высшем для советского спорта уровне и должно было решиться закончен для меня Этот сезон или нет.

Глава 11

Первый секретарь ЦК ВЛКСМ Мироненко Виктор Иванович ехал по заснеженной Москве и настроение у него было, прямо скажем, поганое. Если вечером первого января он был на сто процентов уверен, что у него получится выполнить все, чем он грозился в раздевалке сборной Советского Союза, то уже на следующий день все пошло наперекосяк.

Сначала товарищу Мироненко здорово подкузьмили журналюги из «Советского спорта». Они в той статье вроде бы и осудили безобразное поведение группы совершенно распустившийся молодежи во главе с Семёновым. Но именно что вроде бы. На самом деле для того, чтобы понять истинный смысл этой статьи даже не нужно было обладать истинно советским умением читать газеты и видеть какой-то смысл между строк. «Советский спорт» прямым текстом написал о том, что Семёнов с товарищи действовали абсолютно правильно и по делу проучили канадцев.

Но это было еще полбеды. Беда пришла третьего числа, когда Виктора Ивановича неожиданно вызвали в ЦК КПСС. Мироненко был очень честолюбивым человеком и его покровители на самом верху готовили Виктора Ивановича к тому, что очень скоро он сам станет членом Центрального Комитета Коммунистической партии Советского Союза. Тем неожиданней было появление статья, которую Виктор Иванович получил от Бориса Николаевича Ельцина.

Кандидат в члены Политбюро не стеснялся в выражениях при вручении газеты и прямо сказал всё, что он думает о Мироненко. И это, вкупе со статейкой в «Советском спорте», ясно давало понять, что свердловских хоккеистов Семёнова, Виноградова и Мухина не получится исключить из комсомола. Несмотря на слухи что Ельцина вот-вот исключат из кандидатов в члены Политбюро, он всё равно оставался очень увесистой фигурой в высшей партийной номенклатуре и идти против мнения Бориса Николаевича, тем более, высказанного в такой грубой матерной манере, было себе дороже.

А раз не получится исключить из комсомола свердловчан, то само собой отпадал вопрос с армейцем Малыхиным и рижским динамовцем Витолиньшем. Было бы слишком странно и несправедливо наказывать одних и прощать других за один и тот же проступок. Поэтому с первой частью угроз Мироненко пришлось распрощаться и никого из комсомола, несмотря на все желание Виктора Ивановича, исключить не получится, а ему очень хотелось это сделать.