Подошли к нему. Толстяк окинул всех взглядом, ловко упражняясь со спичкой выполнявшей роль зубочистки — та повисла в уголке его рта.

— Фамилии свои называйте, — сказал он вместо приветствия.

— Я Пельменко, — первым откликнулся Саня.

Фейсер сверил список. Попросил фамилию повторить.

— Пельмененко Александр Игоревич меня зовут.

— Нет такого, шуруй отсюда.

— Мою фамилию посмотрите, — включился Дмитрий Дмитриевич и свою фамилию назвал, следом дополнительно пояснив. — Пельмененко на моем участке практику от училища проходит слесарем, сегодня мне на замену выйдет. Я подавал уведомление, но видимо ещё не успели поменять в ваших списках.

Толстяк вновь вымерил Пельменя взглядом.

— Точно согласовано все? Мне потом пропиздон не вставят? — спросил он.

— Согласовано, — подтвердил Дмитрий Дмитриевич.

— Ладно, проходите оба. Ваши как фамилии? — обратился он к сварщику и фрезеровщику. — Цех у вас тот же? Один стол?

Фамилии назвали, номер цеха подтвердили. Фейсер коротко кивнул.

— Майки только на входе сразу снимайте, здесь оставляйте. Потом на выходе заберёте.

Саня обратил внимание, что рядом с толстяком стоит короб, в котором действительно сложены майки тех, кто уже внутрь зашёл.

— Очередь не задерживайте, да? — поторопил толстяк.

Майки сняли, взамен толстяк в чёрных очках выдал всем четверым шапки ушанки и вручил каждому свой номерок.

— Это то на хрена? — удивился Пельмень, глядя поочерёдно то на номерок с цифрой «12», то на ушанку с Красной звездой.

— Шапки — для съёмок реквизит, номерки — для жребия, охотно пояснил Дмитрий Дмитриевич, напяливая на себя шапку ушанку.

Пельмень покрутил свою ушанку, тоже надел. Надо — значит надо, вообще не вопрос. Кто его знает какие причуды у организаторов, но как известно кто платит, тот и заказывает музыку. С организаторами и промоутерами у Пельменя вопросов никогда не было.

Кстати плату за вход здесь не брали, хотя обычно в других местах, где проводили подпольные бои, за вход приходилось платить, причём суммы не малые. Зашли, толстяк уже переключился на следующих очередных.

Внутри все оказалось приготовлено. Столы расставлены кругом, в центре круга освобождено пространство для драки, на самих столах борщ в тарелках и чай в стаканах.

Мда… внатуре, кино целое.

На столах помимо прочего стояли таблички с номерами участников, чтобы не потеряться кто куда рассаживается. Саня огляделся, ища номер — нашёл за третьим столом от входа. Подошли, начали располагаться. Поскольку стульев за этим столом было всего три (по числу участников в списке), Пельмень не долго думая присвоил стул из-за соседнего стола, на нем никто не сидел. И уже собрался присаживаться, когда на его плечо со спины легла чья-то ладонь. Тяжелая такая рука…

— Ты ничего не попутал, бедолага?

Пельмень тотчас обернулся и обнаружил перед собой ту самую компашку из стероидных мутантов. Один из них, сука самый здоровый бычара, с лицом не обделённым интеллектом и с большими прыщами, как раз положил руку Сане на плечо.

— Руку убери.

— Стул на место поставь.

Саня бы может поставил и даже извинился, что чужой стул взял, но с этими словами бычара сильнее сжал Пельменю плечо. Если за спиной быка стояли два его подельника, то за спиной Пельменя тотчас нарисовались работяги. Тоже в случае чего готовые кипешевать за своего.