Хорошая новость, особенно для меня, ну и для всех советских игроков которые решат попробовать себя не только в НХЛ но и в Европе, те же Быков с Хомутовым, например играли в Швейцарии. Правда я уверен что контракт этот мизерный и деньги от него не дойдут до советских клубов и игроков. Всё останется в госкомспорте и в министерстве финансов, ну или внешторге, не знаю.

Так что будем считать что это бесплатная реклама моих умений. Чем больше я покажу во внутреннем первенстве тем дороже буду летом. ТАким макаром у меня может получится выбить рекордный для новичка контракт, потолка зарплат-то еще нет и для суперзвезды мирового хоккея, пусть и без опыта игры в НХЛ генеральные менеджеры будут готовы отвалить очень хорошую сумму. Такую что на её фоне мои расходы на плееры и часы покажуться сдачей в Макдональдсе.

Само собой что тренировочная программа на этот день была скорректирована. Асташев, конечно, морщился но и он понимал как важно его игрокам подобрать и подогнать под себя новую экипировку.

На мне же она сидела как вторая кожа. Это всё еще не то к чему я привык, но существенный шаг вперед.

Единственное что меня расстраивало так это шлем с юниорской маской. Мне только-только исполнилось 17 и по правилам нормальный шлем мне пока не светит.

Что просто обидно.

Потому что Хендриксон привез новинку, предназначенную для европейского рынка JOFA 235 AS. AS означает Александр Семенов, то есть я. Шлем немного отличается от того в котором играет Гретцки, но в базе он такой же. Именно в нём я щеголял во время своей командировки в Северную Америку.

Вот только я не могу его использовать!

Получается парадоксальная ситуация. В следующем матче вся команда выйдет в шлеме названом в честь меня, все кроме меня.

В итоге я высказал своё возмущение всем кому только мог. Асташеву, Завьялову, Хендриксону, парочке чиновников из госкомспорта и министерства внешней торговли, эти пиявки были тут как тут.

И высказал по умному. Не просто так а с обоснованием.

— Мистер Хендриксон, — начал я издалека и ориентируясь на шведа, говорил я по английски, для лучшего результата. Как я уже успел убедиться Сан Саныч говорил по-буржуйски достаточно бегло, Завьялов вроде бы тоже, а для чиновников есть переводчик, — я ведь лицо вашей рекламной кампании, так?

— Да, всё верно.

— Отлично, а у вас есть для меня персональный вариант юниорского шлема. Мне же всего 17 и я должен подчиняться правилам. А то получается странно, ваш шлем имеет маркировку AS, вот только сам Александр Семенов использует совсем другой вариант. Да и вообще, лицо вашего амбассадора вообще не видно.

— Алекс, мне нужно об этом подумать. Спасибо за вопрос, он действительно важный.

— Саша, к чему ты клонишь? — недоуменно спросил Завьялов.

— К тому что раз уж моя любимая Родина, Советский Союз, — решил я добавить немного патетики, — зарабатывает на моём лице деньги, то нужно ей помочь.

— И как это понимать? — вмешался в разговор Асташев.

— А так что ради блага страны можно и пойти на небольшое отступление правил и разрешить мне играть во взрослом шлеме. Ну или хотя бы в шлеме с визором. Такие использовались юниорами чуть-ли не десять лет назад. Тем более что эта клетка, — постучал я по маске, — не помешала мне получить перелом лицевых костей.