|
— Так вот, она новенькая, понимаешь? Я ж не знал, что он сам на нее глаз положил! — Сорняк положил глаз на Танюху, — уточнил Хромой, — и ты тоже? Глаз?.. Ох, не глаз ты, Никита, туда положил... Пригоршня издал неопределенный звук — что-то среднее между смехом и фырканьем. — Ладно, я понял. Химик укатил к Сорняку, а ты остался... И зачем позвал? Пригоршня постарался сделать серьезное лицо. — Есть дело, Хромой. Младшего Коваля завалили. Я у них кантуюсь, пока Химик ездит, ну и решил тебя позвать... — Опа-а... — только и сказал Хромой. Братья Ковали организовали сталкерскую стоянку южнее Рыжего леса. Вообще, сейчас в этих краях хозяйничали свободовцы, стоянки были под их контролем, но Ковали — люди спокойные и авторитетные, в разборки не встревают, на себя много не берут. Со «Свободой» у них нейтралитет. Останавливаются у Ковалей в основном охотники, люди старомодные и грубые — те, которым не нравятся веселье и суета. Сталкеры помоложе предпочитают тусоваться со свободовцами. Пригоршне в самый раз было бы туда... — А чего тебя к Ковалям занесло? Никита шмыгнул носом. — Химик оставил. Сказал, там я ничего не испорчу Несправедливый он. Разве я чего портил? — А Танюху? — Танюха сама, я ж не виноват, что ко мне бабы липнут! — Ладно, ладно, я не Химик, не оправдывайся. Ну так что там с Ковалем? — Младшего Коваля ночью зарезали. Тихо, никто не слыхал. Пропали бабки, кое-какой хабар... Это старший Коваль обнаружил. На хазе шестнадцать рыл, охрана клянется — никто не выходил. Значит, убийца все еще там. И прикинь, никто этого вроде сделать не мог! Дверь изнутри заперта, ключ торчал в замке, а Ковалю едва башку не отхватили, горло перерезано... Крови натекло... Ну и пропало много — и бабки, и барахло. Так Михаил сказал, старший... Орет: никого не выпущу, пока убийцу не найдем. — А я здесь при чем? Я Коваля не убивал. — Не, без вопросов! Не в том дело — ты убийцу найдешь! Михаил обещал, что половину украденного хабара даст, там одной налички тысяч двадцать было, прикинь! — Так я ж... — Не боись! Я Ковалю конкретно расписал, что ты крутой сыщик. — Я? — Хромой остановился, пришлось и Никите притормозить. — Ты, а кто же? Химик-то умотал, понимаешь? У Химика котелок варит, он бы просек, что там к чему. День бы походил хмурый, второй, позаглядывал бы везде — и вычислил убийцу, небось не сложно-то. А я не того... Я больше насчет пострелять, чем подумать. Ну и другой там народ в лагере тоже не того... — Пригоршня покрутил головой. — Не интеллигентные, короче, все парнищи, я бы даже сказал, наоборот. Охотники всякие дремучие, сталкеры, которые годами за Периметр носу не кажут. Соль Зоны, причем не йодированная. — Он зашагал дальше, потянув следом Хромого, которого ухватил за рукав. — А ты — человек образованный, с понятиями, хоть и молодой. Я рассказал, как ты Пустовара* (* Пустовар — персонаж романа В. Ночкина «Слепое пятно».) вычислил, как его на глазах у вояк грохнул — мол, ты спец. |
