– Мы обшарили весь этаж, генерал, – заверил его О'Дэй. – Им просто больше негде быть.

– Может быть, они замаскировались под людей Службы Безопасности и удалились вместе с медицинской бригадой? – спросил Гэлвей, упорно заставляя слова выпрыгивать изо рта, борясь со все еще деревянным языком.

– Нет, сэр, – сказал О'Дэй, его голос прозвучал уверенно и одновременно возмущенно. – Никто, кроме раненых, еще не покинул этот этаж. И мы чертовски хорошо следили за этим.

– Тогда, наверное…

– И все они были ранены, все, – добавил О'Дэй. – Если только вы не думаете, что спецназовцы раскололи до крови свои черепа, чтобы вымазаться в красный цвет.

– Тогда вы заставьте своих медиков убедиться в том, что это была настоящая кровь, – настаивал Гэлвей. Что‑то внутри него не позволяло ему расстаться с этой мыслью.

– Я уверен, что они проверили, – вмешался Куин, прежде чем О'Дэй успел ответить. – Откуда им удалось бы взять искусственную кровь? Гэлвей, дайте моим людям небольшой кредит доверия – они же не дураки.

– Хорошо. Майор, вы собираетесь стереть с лица земли этих ублюдков?

– Ух!.. у меня есть две тяжелые лазерные пушки, которые я вытащил из бункера, сэр, – сказал О'Дэй. Выражение его голоса оказалось внезапно нерешительным. – Сэр… фактически мы не привлекали медиков – мы просто погрузили раненых на носилки и унесли в лазарет. Может быть, нам лучше на самом деле проверить, чтобы знать наверняка…

– Проверить что? – гневно выпалил Куин. – Что это не притворяющиеся переодетые спецназовцы? Ты же только что сказал, что видел все их лица, разве не так?

– Ну… да, сэр. Но если они смогли как‑то сымитировать кровотечение, то разве они не могли немного подгримироваться, а?

– О черт, – выругался Гэлвей. Неприятные толчки стали перекручивать его кишки. – Генерал… все необходимое для засады они могли получить от Питмана.

– Черт! – внезапно рявкнул Куин, разрушив хлипкую тишину, – кровавый е…ный ад! Майор, охрану в лазарет! Быстро. И приведите в полную боевую готовность охрану на выходах, на случай неожиданного прорыва.

– Сэр?..

– Исполняйте, черт побери, – Куин дрожал от ярости. – Разве вы не понимаете? Они сами для себя организовали то, чтобы мы их поймали.

О'Дэй тяжело сглотнул и торопливо заговорил по внутреннему микрофону. На его лице застыло выражение непонимания.

Но он опоздал. К тому времени, когда охрана добралась до лазарета, то застала там множество раненых работников Службы Безопасности и дюжину бессознательных врачей, и на выходе охрана была зловеще безмолвной.

Через пять минут их безумной езды к забору и к свободе, по радио фургона Службы Безопасности раздался сигнал всеобщей тревоги.

– Великолепно, – пробормотал Кейн.

– Наконец‑то они спохватились, – сказал сидящий за рулем Лейт. – Откровенно говоря, я не думал, что нам удастся так далеко уехать. Остается только догадываться, что моллюсковые мины, расставленные Мордахеем, причинили большой урон Службе Безопасности, чем я ожидал.

Кейн посмотрел на него, дернувшись, несмотря на то, что на его собственной голове зияла ужасная «рана» и все лицо было покрыто запекшейся «кровью». – Я думаю, что стоит тебя поблагодарить за то, что ты по крайней мере хоть кому‑то из нас рассказал обо всем этом, – проскрипел он, сдобрив свои слова максимальным количеством сарказма.