В этих «сараюшках», жестяных коробках, у кутозерчан хранились не только лодки, но и, как и в гаражах, ненужный квартирный скарб, иногда рыбка вяленая, бочки с припасами, грибки, ягодки.

Чтобы прожить в Кутозере зиму без зарплаты, а именно так тут почти все и жили, надо было запасти и бочку моченой брусники, и оленью тушу. Ну, и рыбки. Семги. Само собой, икры. Мало что не разрешается! Что значит в России «не разрешается»?

Смешные слова. Весь полуостров этим промышляет, торгует и питается. Потому что нельзя запретить человеку не голодать. А ценные сорта рыб, семга и икра — исконная еда жителей полуострова. И были ею во все времена, в том числе и тогда, когда эти сорта еще не именовались «ценными».

И когда нет возможности заработать деньги на расфасованное в разноцветные коробки французское куриное филе, приходится обращаться «к корням» — к корням вообще приникают истово, когда уже нет другого варианта.

Топтаться и ждать было не в правилах Ладушкина. По тропинке, указанной ему соседкой Яны Васильевны и начинавшейся прямо у пятиэтажки, Гоша спустился к озеру. Точнее, это было еще не озеро, а один из его рукавов.

Жестянку-сараюшку Яны Васильевны он нашел сразу. Поскольку двери были раскрыты настежь, а внутри царил беспорядок — настороживший бы любого сыщика беспорядок. Связка вяленой рыбы, нанизанная на бечеву, рассыпалась, как ожерелье, сорванное во время похищения.

У Гоши, как и полагается классическому сыщику, было несколько правил в жизни. Одно из них — он совсем не любил, когда исчезало то, что должно было бы быть на месте.

На подозрительное движение и шорох у него была выработана мгновенная реакция. Это второе.

Приверженность третьему обнаружилась, когда Ладушкин выскочил из растворенных дверей «сараюшки» и увидел, что от берега весьма шустро удаляется лодка с двумя пассажирами на борту…

Того, кто убегает, следует догонять. Это было его четвертым правилом.

И чем быстрее убегает желающий скрыться, тем незамедлительнее следует бросаться вдогонку.

Можно было бы, конечно, сказать, что эти правила одобрил бы и любой доберман-пинчер, но, что поделаешь, и сыщикам эти правила бывают крайне полезны. Сходство, может, обидное, но неизбежное.

Однако на объяснения явлений окружающего мира времени не оставалось.

Ладушкин по возможности бережно приподнял из лодки, снаряжавшейся в это время у одной из соседних «жестянок», ее хозяина и занял его место у руля. А через пару минут свежий северный ветер Кутозера, так сказать, уже обвевал его мужественное лицо.

Спальный вагон поезда Москва — Мурманск был заполнен под завязку, и Аня попыталась по обрывкам фраз и облику ради забавы выяснить, кто есть кто.

В основном все оказалось очень просто. Загадкой оказались лишь два лощеных холеных джентльмена.

Вынужденная командировка?

Оказывается, нет.

Хобби настоящих джентльменов — охота.

Джентльмены посвятили Светлову в местные реалии. Оказывается, свободным на полуострове может считаться только тот человек, у которого есть керосин.

Все остальные — по существу дела, рабы бескрайних просторов.

А что касается ближайшей перспективы — осенней распутицы, — то и вовсе можно оказаться заложником до той поры, пока не установятся зимники, дороги по снегу.

Другое дело керосин и вертолет. У кого есть они — тот без преувеличений король.

У джентльменов все было схвачено: их встречали — с вертолетом! — на станции с каким-то полярным названием.

С трудом отказавшись от настойчивых приглашений составить компанию, Аня все-таки призналась им на прощание, что едет она в Кутозеро.

— Мы к вам прилетим! — многообещающе посулили джентльмены.