— Поспишь?! — Анне показалось, что она ослышалась.

— Да. Вот в той комнате, — глухо ответил Холлисток, уже направляясь к двери, расположенной рядом со входом в главную спальню. — Ко мне не заходить и не стучать. Пока я не выйду сам, считайте, что меня вообще нет.

Оставшись одни, Анна и Масси переглянулись:

— Звонить таксисту? — спросил Грин.

— Да, пусть приезжает. Хотя, если честно, я даже не знаю, как подступиться к этому человеку, надо ли что-нибудь говорить.

Масси махнул рукой:

— Да что там говорить! Его судьба уже решена. Просто подходите и кусайте без разговоров. А хотите, я предварительно дам ему сзади по голове? Потом все равно ничего не будет помнить.

— Нет, не надо, — Анна отмахнулась. — Я все сделаю сама. Но ты, впрочем, будь наготове, мало ли что может случиться.

— Тогда я пошел звонить. Телефон Иландера где записан?

— У Генриха в записной книжке. Она на прикроватной тумбочке в спальне.

Кивнув, Масси вышел из кабинета. Некоторое время Анна еще стояла посередине комнаты, затем подошла к двери, за которой скрылся Холлисток и долго прислушивалась. Впрочем, несмотря на ее старания и обостренный слух, свойственный каждому вампиру, всё было тщетно — изнутри не проникало ни единого звука. Можно было подумать, что в комнате вообще никого нет, не было слышно даже тихого дыхания. Но, несмотря на свое любопытство, Анна не стала заглядывать внутрь, и постояв еще несколько мгновений, пошла в гостиную, откуда уже отчетливо слышался голос Масси Грина, разговаривающего по телефону.

Зайдя внутрь комнаты, Генрих Холлисток тяжело сел на диван, стоящий у правой стены. Его человеческое тело находилось на пределе своих возможностей: натянувшаяся под напором вздувшихся буграми мышц, кожа, вот-вот готова была лопнуть, сердце бешено колотилось, с трудом пропуская через себя густую темную кровь, а мозг, отвечающий за работу нервной системы, почти не утруждал себя отдачей и обработкой привычных команд. И только сознание, сознание самого Армора, находившегося внутри человеческого тела, не зависело ни от каких внешних факторов, оставаясь ясным. Его истинная сущность уже рвалась наружу, туда, откуда почти ни для кого нет возврата, и в эти последние мгновения тело Холлистока вновь приобрело прежние черты. С кожи сошла синева, черты лица разгладились, мышцы расслабились. Повернувшись на бок, Холлисток несколько раз вздохнул и вскоре его дыхание прекратилось. Сон, сравнимый с летаргией, взял в свои объятия человеческое тело, но для Армора, уже летящего вниз с головокружительной скоростью, этого уже не существовало.

Глава 21. Следствие комиссара Макстрема

— Садитесь! — комиссар Томас Макстрем указал четверым вошедшим мужчинам на ряд стульев напротив себя.

Младшие полицейские инспектора Бьёрн Ульвиг, Карл Юдберг и Ингвар Шёльд, а также инспектор Андреас Седерберг, составляли костяк его группы, занимающейся исключительно делом «Пропавших голов». В него были объединены все четыре эпизода обнаружения обезглавленных тел и полицейское расследование, в котором участвовало пять десятков сотрудников, шло полным ходом. Прорабатывались все версии, но в конечном итоге осталось первоначально выбранное комиссаром направление, согласно которому люди стали жертвами группы лиц. Ими могли быть как приверженцы неких оккультных течений, так и просто нездоровые люди. Комиссар каждый день проводил подобные совещания и это утро, 19 июля 1988 года не стало исключением. Начальство постоянно требовало ускорить расследование и полицейские буквально сбивались с ног, опрашивая всех, кто мог иметь хоть какое-то отношение к делу. Были досконально исследованы как тела жертв, так и места их обнаружения, но несмотря на это, общая картина по-прежнему оставалась весьма туманной.