— Прежде всего я должен представить вас своему старшему брату. Кстати, он несколько мнителен, и я, чтобы не пугать его, сказал ему, что вы счетовод одной из ферм, приехавший помочь мне в работе.

Путлер вполне одобрил этот вариант, после чего был проведен в огромный кабинет и представлен лорду Челсфорду. Гарри так привык к многочисленным гостям Дика, что не успел заметить ничего экстраординарного в наружности Путлера. К счастью, он был немного близорук и, хотя удивился тому, что смог пожать руку человека прямо через стол, не вставая с кресла, все же не придал этому никакого значения.

— Господин Путлер пробудет с нами около шести недель, — сказал ему Дик. — Не обращай внимания на его прогулки по имению, поскольку мне нужна точная оценка всего нашего состояния, а у специалиста свои собственные оригинальные методы…

— Попросите его оценить также и черного аббата, — полушутливо-полусерьезно ответил Гарри. — Нам, пожалуй, нужен не столько оценщик, сколько хороший полицейский!

При этом Дик подумал, что гость с успехом может выполнить обе функции, но вслух, конечно, ничего не сказал.

Он провел визитера в собственный маленький кабинет, осторожно закрыл дверь и усадил его.

— Устраивайтесь поудобнее. Вы курите?

Путлер порылся в кармане и вытащил почерневшую трубку.

— Это не особенно аристократично, — извинился он. — Но я всегда предпочитаю табачок сигаре или сигарете.

— Присоединяюсь к вам, — заметил Дик.

Его кабинет имел две двери: одна выходила в вестибюль, другая — в боковой коридор. В продолжение десяти минут там слышался оживленный разговор, хотя со стороны Путлера это были только отрывистые вопросы, Лакей Томас неслышно прокрался по боковому коридору и прильнул к двери кабинета.

На его лице была печать озабоченности. Заглядывая в замочную скважину, он мог различить только край софы и голову странного визитера замка.

Тот что-то держал в руке — какой-то кинжал — и с любопытством рассматривал его.

Томас прижался ухом к замочной скважине.

Дик сидел спиной к двери и говорил тише, чем обычно, поэтому, к огорчению того, кто подслушивал, разобрать можно было только отдельные обрывки фраз.

— …был проведен в дом как прислуга, — услышал он.

Голос Путлера был достаточно громок. Он спросил:

— Вы говорите, окно в кабинете лорда было открыто?

И явно услышал ответ Дика:

— Да!

Подошвы ботинок у Томаса были резиновые. Он неслышно вышел в коридор посмотреть, чист ли горизонт, затем вернулся на свой пост и услышал фразу Дика:

— Брат не имеет ни одного врага на земле. Боюсь, что о себе я не могу сказать того же…

Чуть позже он уловил слово «сокровища», а затем — имя «Артур Джин», но по какому поводу — понять было нельзя.

В замочную скважину было видно, что детектив все еще держит в руках кинжал, внимательно рассматривая его. Томас услышал его замечание: «Он совершенно новый!» — затем Дик пустился в долгое и подробное объяснение, ни одно слово из которого не достигло ушей раздосадованного лакея.

В этот момент, услышав тяжелые шаги камердинера, он быстро проскользнул назад в кухню. Через минуту толстый Гловер нашел его за мытьем посуды.

Глава 19

Завтрак вышел не особенно веселым. Гарри имел скверную привычку приносить с собой к столу книгу. Вот и на этот раз он с головой ушел в какой-то том, оставив Дика и визитера вести между собой разговор так, словно его здесь и не было.

Только один раз за столом Дик прервал его чтение:

— Лесли приедет к чаю, — заметил он, — Она недавно звонила…

Гарри с досадой посмотрел на брата.