Когда я задумывался о таких вещах, голова начинала кружиться. То, что для Мурашихи было чем-то само собой разумеющимся, мне представлялось… ну, не то, чтобы мистификацией. Но чем-то слишком далеким от реальности, к которой я привык — для того, чтобы в это поверить. Я всю жизнь считал себя человеком сугубо рациональным, а всякие там фатумы, предопределенности и переплетения судеб полагал полной ерундой, придуманной бездельниками-корпоратами исключительно для собственного развлечения. Хотя с другой стороны, когда-то я и в существование магии не верил. И о том, что возможны перемещения душ между мирами, понятия не имел. По той простой причине, что ни о магии, ни о перемещениях душ никогда не задумывался…

Ладно, это всё лирика. Если отбросить её и рассматривать голые факты, то получалась следующая картина.

Рабиндранат хотел стать императором. Так сильно, что аж кушать не мог. Бабка Мурашиха никаких предпосылок к тому, чтобы на голове Рабиндраната оказалась корона, не увидела, зато поняла, что парень — вполне подходящий инструмент для выполнения её непростого, многоходового плана.

Для того, чтобы здесь, в этом мире, привести в норму баланс чёрного и белого, тут должен был оказаться кто-то вроде меня. Человек, обладающий в потенциале большой магической силой, а помимо неё — несгибаемым духом и надлежащим жизненным опытом.

В одном из своих сновидений Мурашиха увидела меня. По каким-то одной ей ведомым признакам поняла, что я — именно тот, кто нужен. Подхожу по всем параметрам, да ещё и вот-вот погибну — не придётся ждать моей смерти долгие годы. Однако вытащить меня из моего мира самостоятельно Мурашиха не могла — это, насколько я понял, не её профессиональная стезя. Для проведения необходимого ритуала нужен был маг. И прорицательница, увидев Рабиндраната, поняла, что вот он — её шанс вовлечь в свои планы мага.

Если один глупый мальчишка, больше всего на свете желающий стать императором, послушавшись её «пророчества», подарит другому глупому мальчишке амулет «Обмани судьбу», а потом предложит этому глупому мальчишке не менее глупое пари — всё срастется так, как нужно Мурашихе. Костя Барятинский с благодарностью примет от Рабиндраната, которого считает своим другом, амулет — чтобы привлечь к себе удачу. А затем поспорит с тем же Рабиндранатом о том, что спрыгнет с моста головой вниз — и ничегошеньки ему не будет. Он ведь понятия не имеет о том, как работает родовая магия, и как может повлиять на её работу безобидная с виду безделушка.

Костя Барятинский прыгнет с моста и сломает себе шею. Его дед — глава древнего рода, пожилой, но всё ещё могущественный белый маг, полгода назад лишившийся единственного сына — обезумеет от горя и кинется во все тяжкие. Он будет искать любые способы вернуть любимому внуку волю и разум. И для того, чтобы род Барятинских не прервался, а в мир вернулся благословенный баланс чёрной и белой магии, не остановится ни перед чем. Григорий Михайлович Барятинский придёт к ней, Мурашихе. И она охотно подскажет убитому горем старику, что нужно сделать. Научит, как подменить глупого, бесхребетного мальчишку, из-за собственной дурости лишившегося человеческого облика, тем, кто сможет восстановить мировой баланс сил. Подскажет, какой дух призывать.

Все нужные нити сойдутся в одной точке! Григорий Михайлович проведёт ритуал. И на каменном алтаре в подвале особняка Барятинских, в теле избалованного подростка очнётся Капитан Чейн…

Рабиндранат, как я понял из его дневника, от того, что произошло с Костей, угрызениями совести не терзался от слова «совсем». Костю он вообще недолюбливал — из-за смазливой физиономии, щегольских костюмов и популярности, вследствие этого, у женского пола.