Первого грузовика не видно. Тот грузовик, что мы увидели вторым, ожидаемо — морда всмятку, лежит поперек дороги. Наша машина — метрах в пяти от него, на первый взгляд, цела. Надя жива и здорова. Вова…

— Ты как? — крикнул Вове я.

Он сидел на корточках рядом с чем-то, напоминающим изломанную ростовую куклу. Водителя грузовика крепко приложило об асфальт.

Щит я выставил так, чтобы защитить свою машину. При столкновении удар пришёлся по нижней части грузовика. Водитель, судя по всему, вылетел из кабины через лобовое стекло. Шансов уцелеть в таких условиях — примерно ноль.

— Да я-то цел, — со странной интонацией проговорил Вова. — А вот этот… Ты можешь подойти?

Я поднялся. Догадывался, что подходить мне особо незачем — на трупы не насмотрелся, что ли? — но, раз уж Вова зовёт…

И тут чувство опасности взвыло вновь.

Я резко обернулся. И увидел вдалеке знакомый грузовик.

Шоссе, по которому удобно было срезать путь от Академии до Барятино (дед всё ещё продолжал упорно сидеть в имении, хоть и обещал каждый день, что вот-вот уедет) было, мягко говоря, не самым востребованным. За то время, что мы по нему ехали, встретили едва ли десяток машин. И сейчас на дороге тоже не было никого, кроме несущегося на безумной скорости грузовика.

Сколько времени я провалялся в отключке? Минут десять? За это время водитель, сидящий за рулём первого грузовика, видимо, каким-то образом успел доложить обстановку: напарник-камикадзе мёртв, его машина — тоже, а Барятинский, скотина такая, цел и невредим. И получил новую команду: разворачивайся! Вернись и добей.

— Вова! — гаркнул я. — Сюда! Быстро!

Наде ничего не стал говорить. Молча схватил за руку и, не обращая внимания на удивленный писк, затолкал в машину на заднее сиденье.

Вове два раза повторять не пришлось, соображал он хорошо. И уже, видимо, успел свыкнуться с мыслью, что, находясь в моей компании, нужно быть готовым в любую секунду подрываться и нестись сломя голову, куда прикажут. Потому что если ты этого не сделаешь, в следующую секунду можешь остаться без головы.

Вова бросился ко мне.

— Уезжаем! — рявкнул я.

По изменившемуся лицу Вовы понял — он увидел, от чего мы уезжаем. Грузовик приближался стремительно.

Побледневший Вова молча прыгнул на водительское сиденье. Завёл мотор… То есть, он попытался завести мотор. Но тот вместо бодрого рычания вдруг издал протестующий скрежет.

— Что? — холодея, спросил я.

— Не заводится, — пробормотал очевидный ответ Вова.

Снова крутанул ключом в зажигании. В ответ снова раздался скрежет.

Щит, который я выставил, каким-то образом повредил зажигание? Или его повредил удар по Щиту? Или магия тут вообще ни при чём, а машина не заводится просто потому, что не заводится?.. Чёрт его знает, выяснять некогда. Грузовик приближался.

— Уходим, — приказал я.

И вот тут Вова меня порадовал до глубины души.

— Куда? — удивился он.

Н-да, перехвалил я парня — насчет соображалки. Хотя, скорее всего, для него просто дико уйти куда-то, бросив машину. Свою, недавно купленную, но уже успевшую стать такой родной и любимой…

— Откуда! — рявкнул я. — За мной!

Выскочил из машины, потащил за собой Надю. Путей отхода было, на самом деле, не сказать, чтобы воз. Бежать по шоссе, соревнуясь в скорости с грузовиком — идиотизм чистой воды. Летать — не умеем. Вариант остаётся единственный — уходить в сторону. За отбойник.

Именно это я и проделал.

Надю, приподняв, просто перебросил через ограждение.