— Но это привидение…

— Действительно, я слышала, что сюда любят являться привидения, но доброжелательные привидения… какая-нибудь любящая мать, которая является поговорить со своей дочерью. Это совсем не то, что я видела или что мне померещилось сегодня.

— Я уже давно хотел поговорить с тобой обо всем, но знал, что ты тяжело перенесла этот удар. Такое не проходит бесследно. Последствия могут сказаться в любой момент. Мы поженились, и я думал, что другой образ жизни заставит тебя забыть обо всем. Но с частью своего прошлого ты не рассталась, и здесь ты этого не забудешь.

— И ты считаешь, что если мы уедем…

— Да. Мне не хочется торопиться. Мы можем снять какое-нибудь жилье и осмотреться, чтобы подыскать то, что тебе понравится, дом, где ты сможешь избавиться от призраков прошлого. А поскольку мне придется бывать в Йоркшире, то, наверное, нам следует поискать местечко поблизости от Бредфорда. Давай попытаемся, Люси. Я думаю, это правильный выход.

Я обдумывала его слова. Возможно, он был прав.

Я с нетерпением ожидала переезда в Мэйнор Грейндж, но жизнь здесь оказалась не такой уж спокойной.

Взять хотя бы неприязнь миссис Эмери к Филлиде.

А после того, что я видела, или после того, что мне почудилось в саду, нам, возможно, следует подыскать что-то другое.

Мне самой было неясно, чего я хочу, поэтому я сказала Роланду:

— Давай поговорим об этом позже.

— Конечно, — ответил он, целуя меня. — Было бесчувственно поднимать этот вопрос именно сейчас.

Напрасно я начал.

— Это было очень мило и внимательно с твоей стороны. Впрочем, ты всегда такой. Наверное, ты прав. Конечно, весь этот дом с разговорами о привидениях, воспоминаниями об отце…

— Да, — сказал Роланд. — Давай обдумаем идею о своем доме.

Заснула я нескоро, а заснув, погрузилась в кошмарный сон. Как будто, подыскивая дом для покупки, я зашла в старинное поместье. Оно в точности напоминало Мэйнор Грейндж, и, когда я стояла в холле, с лестницы кто-то спустился. Этот человек был одет в черный плащ и шапокляк, а когда он снял шляпу и раскланялся, я увидела, что волосы его растут на лбу треугольником, а на щеке у него белый шрам.

Я проснулась от собственного крика. Роланд крепко обнял меня и стал шептать успокоительные слова.

Утром я долго не просыпалась, и Филлида пришла будить меня.

— Люси, — мягко сказала она, — у тебя была тяжелая ночь. Роланд рассказал мне.

Мой взгляд тут же устремился к окну. Она проследила за ним, и я поняла, что Роланд рассказал ей о моей так называемой галлюцинации.

— Думаю, сегодня утром тебе стоит отдохнуть, — продолжала Филлида. — Я устрою тебя поудобней, а когда ты поешь, тебе станет лучше; Я принесла тебе завтрак, который приготовила сама: кофе, тосты, мармелад и яйцо всмятку.

— Этого не нужно, Филлида. Со мной все в порядке.

— Нет, не в порядке.

Она умела быть настойчивой. Я понимала причины недовольства миссис Эмери. А теперь, после того как Филлида сама приготовила завтрак, появятся новые претензии. Вероятно, сейчас миссис Эмери сообщает кому-нибудь, что некоторые люди, видать, не понимают того, что в приличном доме, вроде нашего, приготовлением завтрака занимается прислуга.

Филлида взбила мои подушки и подала мне завтрак в постель. Как ни странно, хотя я не чувствовала голода, сама того не замечая, я съела почти все, что она принесла. Мне действительно стало лучше. Было просто удивительно, до чего дневной свет все меняет.

Конечно, внушала я себе, мне это померещилось.

Определенный образ запечатлелся в глубинах моей памяти, время от времени всплывая на поверхность.