— Он не человек, он сверхчеловек. Я серьезно говорю. Его труды печатаются в самых известных медицинских журналах мира. Не России, мира! Чтобы психиатр из провинциально городка стал такой величиной, это надо иметь такую голову! Вот скоро он защититься, и все — его выдернут из нашего города, и, — она сделала жест рукой вверх, — заберут наверх. Ему светит кафедра в нашем институте. В личной жизни только ему не везет. У него была жена, такая славная женщина, тоже врач. Простая как песня. И, представляете — года полтора назад разбилась на машине.

— А дети?

— Детей нет. Что-то там не получалось.

Расстались женщины почти подругами. Правда, каждая при своей, тайной мысли о новой знакомой.

"Солдафонка! Как она Юрку скрутила!"

"Стерва! Юрку она отбивать не станет, но при случае — захочет получить удовольствие — свое не упустит".

ГЛАВА 16

Утром Колодников выслушал доклад оперативников о проделанной работе в поисках Пети Паршина, и, остался им очень недоволен.

— Мы так будем его искать полжизни. Либо вы бросайте это дело, либо придумайте что-нибудь особенное.

— А что придумывать? Надо просто сесть на хвост Соньки и Могильщика, — предложил Зудов. — Должна же она навещать этого самого Петю. Квартиру то она его еще не продала?

— Нет, и не сможет. Мы предупредили всех, кого можно о том, что появился новый владелец квартиры, и сделка будет заморожена. А вот сесть ей на хвост…

Андрей чуть подумал, потом отрицательно замотал головой.

— Не на чем. У нас только Уазик, задрыпаная «девятка», да машина Шаврина.

— А если попросить в отделе? — задал вопрос сам Шаврин. — Там техники побольше.

— У кого спросить? У Попова? — вопросом на вопрос ответил Зудов.

— А, ну да! — Алексей понял, что он задал глупый вопрос.

— Да и спугнем мы их, — продолжил свою мысль Колодников. — Я заеду к «ананистам», попрошу их присмотреться заодно к передвижениях «шестерки» Могильщика. У них там машины по Цыганскому поселку постоянно крутятся. Слушай, а вот тот адрес вы не проверяли: Чапаева сорок два?

«Ананистами» в органах звали работников отдела по борьбе с незаконным оборотом наркотиков, по созвучию первоначального названия — ОНОН. Те нередко на это обижались, но что делать? Из песни букв не выбросишь.

— Так там Сонька уже спалилась, чего там ловить? — удивился Демин.

— Ну, все равно, проверьте. Кстати, неплохо, что вы нашли этих троих.

— На Шевченко сто двадцать пять? — Спросил Шаврин.

— Ну да. Мы можем теперь определить, с какого времени Сонька начала заниматься своим криминальным бизнесом. Похоже, что операция с этим Васей была первой, кого она так хорошо опрокинула.

— Так что нам теперь делать? — спросил Шаврин.

— Проверьте с Пашей этот адрес — Чапаева сорок два. А Виктор…

— У меня своих дел до хрена, — отозвался участковый, — на Достоевского опять какой-то притон открылся. Надо сходить, посмотреть, что там.

— Ладно, работай на земле. А я займусь моргом и афганцами.

Они разъехались и разошлись в разные стороны. Демин пешком пошел на свой обширный участок. Шаврин с Зудовым доехали до улицы Чапаева, проехали даже мимо этого, самого обычного домика с цифрами сорок два на заборе, но останавливаться не стали.

— А домик то, смотри, обжитой, — сказал Шаврин, кивая на столб дыма над печной трубой.

— Да, а нам говорили, что все там кони двинули.