Вальдемар кивнул и отошел подальше в коридор. Йенсен встал за дверью и перехватил нунчаки в боевое положение.

Как только первый солдат рванулся в коридор, спецназовец сделал ему подсечку. Тот свалился в проходе, и бежавший следом, наступив на своего товарища, ухватился за дверь. Йенсен, с выходом из‑под руки, ударил его нунчаками по шее и, описав большой круг, обрушил их на голову первого солдата.

Не дожидаясь, пока остальные сообразят, спецназовец прыгнул на лестничную площадку и, сгруппировавшись в прыжке, ударил ребром стопы в грудь очередному серо‑зеленому. Ниже по лестнице раздался выстрел, но пучок иголок, пущенный еще одним солдатом, угодил прямо в спину летевшему сверху серо‑зеленому. Пытаясь подхватить падающего товарища, он споткнулся, и оба они покатились вниз по крутой узкой лестнице. Йенсен захлопнул дверь.

– Что будем делать? – тихо спросил Вальдемар.

– Сматываться отсюда. Ты тут часто бываешь? Знаешь, как отсюда выбраться?

– Я знаю только обычные входы и выходы, – сказал аргентянин. – Еще эту лестницу.

– Хорошо, какова высота здания?

– Пять этажей. Мы на пятом. Лестница, кажется, выходит на крышу.

– Так. Погоди‑ка…

Йенсен отыскал глазами электрическую розетку и вернулся к лежащим в коридоре солдатам. Кроме пистолетов‑парализаторов они были вооружены еще и знакомыми Йенсену тупоносыми карабинами. Подобрав один из них, он установил среднюю мощность луча и выпустил заряд прямо в розетку. Раздался хлопок, шипение, во все стороны полетели искры, и коридор погрузился в темноту.

– Это немного охладит их пыл, – сказал он, распахивая дверь.

Схватив Вальдемара за руку, спецназовец вывел его на лестницу.

– Им придется использовать здесь инфракрасные фонари. Но пока серо‑зеленым невдомек, что мы замышляем. Иди вперед, я буду прикрывать сзади.

Они поднялись наверх без происшествий, и, осторожно открыв дверь, Йенсен выглянул на крышу. СБ, вероятно, упустило этот вариант – крыша была пуста.

– Что теперь? – спросил Вальдемар, нервно сжимая пистолет, направленный куда‑то в пустоту.

– Присмотри за лестницей, а я пойду взгляну, что делается на улице.

Улицы Милара очень хорошо освещались, и Йенсен ясно видел, как люди СБ, крадучись по переулкам, окружают здание Радикса. Осмотрев все с четырех сторон, он поспешил к Вальдемару, который яростно махал ему рукой.

– На лестнице слышится какое‑то движение, – громко зашептал аргентянин, в то время как Йенсен сбросил с плеча рюкзак и запустил в него руку. – Они скоро уже будут здесь!

– Держи, – спецназовец отдал ему рюкзак, моток веревки и бластер. – Отойди к тому краю и не высовывайся. На улицах полно колли.

Вальдемар пригнулся и побежал в сторону. Вытащив из ножен нунчаки и проверив карман с cурикенами, Йенсен подошел к двери и прислушался. Судя по звуку, наверх поднимались человек шесть. Отступив в сторону, спецназовец приготовился к атаке.

Но серо‑зеленые, видимо, уже научились осторожности и не стали кучей ломиться на крышу. Дверь резко распахнулась, и из проема вылетела граната.

Йенсен отпрянул и, прыгнув за будку лифта, откатился на несколько метров. Прогремел взрыв, и колли высыпали на крышу. Йенсен к этому времени привстал на одно колено. Он разглядел семерых атакующих, четверо направились к нему, а остальные побежали в противоположную сторону.

Следующая сцена напомнила Йенсену осеннюю охоту на болотных ящериц Плинри. Когда солдаты подбежали поближе, он высунулся из‑за угла и метнул подряд четыре cурикена. Каждая звезда бесшумно вонзилась в зазор между колоколообразным поясом и бронежилетом. Услышав хрипы противников, спецназовец вскочил на ноги и спрятался за открытой дверью.