Подойдя к одному из модулей, Кейн заглянул внутрь.

– Осталось где‑нибудь для меня местечко?

– Неужели ты думаешь, что мы тебя так просто тут оставим, – услышал он голос Скайлера. – Заползай.

Переступив через тепловой экран, Кейн протиснулся в узкий люк и, стараясь ничего не задеть, нащупал свободное место. Усевшись между Вейлом и Ноуком, он перекинул через себя ремни и пристегнулся. Теперь оставалось только ждать.

Пока делать было нечего, Кейн прислушивался к разговору спецназовцев и всматривался в их лица, очередной раз отмечая поражавшее его внутреннее сходство этих людей. Несмотря на внешние различия, их что‑то намертво сплачивало, превращая в единую нерушимую, хотя и весьма разношерстную, структуру. Кейн никак не мог точно распознать этот консолидирующий фактор.

«Наверное, сила, – решил он. – Вернее, ощущение силы в единстве». В то же время он отмечал казавшуюся излишней самоуверенность и даже браваду в их поведении, и это как‑то не совсем вязалось с образом легендарных воинов.

Они сидели пристегнувшись уже почти час, как вдруг модуль резко дернулся. Видимо Йенсен провел слишком быстрый маневр и искусственная сила тяжести не смогла в полной мере компенсировать рывок. Разговоры немедленно прекратились, и Кейн услышал, как жалобно взвыли двигатели.

– Ну вот, начинается! – торжествующим тоном объявил Ноук, сидевший возле люка.

Похоже он был очень возбужден, но Кейну показалось, что это не имело отношение к самому процессу десантирования. Он уже давно заметил, что между Йенсеном и Ноуком существовала какая‑то особая дружба. А сейчас Йенсен рисковал больше всех, оставаясь последним на борту.

– Задраивать отсек? – спросил Ноук.

– Погоди, – сказал Скайлер. – Лейт еще не пришел.

Через несколько секунд Лейт вбежал в отсек.

– Всем пристегнуться! – скомандовал он, прыгая в свой модуль. – Через минуту Йенсен нас отсюда вышвырнет. Когда покинете модули, курс держать строго на запад.

Ноук задраил люк, и они оказались в темноте. Кейн представил, как патрульные корабли приближаются сейчас к ним, а Йенсен продолжает тянуть время, уверяя, что на судне авария.

И тут раздался глухой взрыв, и модуль накренился. От резкого рывка у Кейна чуть не хрустнул позвоночник. Еще через мгновение они уже бешено кувыркались в вихревых потоках, вызванных движением корабля.

К счастью, через несколько секунд движение модуля выровнялось, и Кейн услышал, как конус со свистом рассекает пространство.

Минуты тянулись как часы. Тяжесть неуклонно увеличивалась по мере замедления движения модуля, и Кейну даже показалось, что пол под ними нагревается. Воздух тоже становился теплее, а усиливающийся свист заглушал все другие звуки. Вцепившись в пристегнутые ремни, Кейн попытался немного расслабиться.

– Приготовиться к выбросу парашюта! – Скайлеру приходилось кричать изо всех сил, чтобы его хоть немного расслышали. – Три! Два! Один…

Первый рывок тормозного купала оказался довольно легким, но когда раскрылся основной парашют, Кейну показалось, что его расплющило как глину. Почти сразу же рев снаружи будто выключился, превратившись в легкий шелест и одновременно вернулась нормальная сила тяжести. Подвигав еще дрожащими ногами, Кейн осторожно вздохнул, стараясь расправить легкие.

– Ничего себе, поездочка, – проворчал он.

– Что, понравилось? – саркастически поинтересовался Скайлер.

Ни в голосе его, ни в выражении лица, едва различимого при тусклом свете приборов, не чувствовалось никакого напряжения.

– Может продадим эту штуку в какой‑нибудь парк аттракционов? – пошутил он. – О'кей, мы в пяти километрах от поверхности.