– Хорошо, – сказал он таким тоном, будто никуда не выходил и разговор не прекращался. – Обсудим наши ближайшие планы. Совершенно очевидно, что Лейту необходимо встретиться с кем‑то из заключенных Хенслоу. Согласно нашим данным, его интересуют ветераны‑звездолетчики, но, судя по его сегодняшним действиям, ему, несомненно, нужен какой‑то конкретный человек.

Мы пока не можем предположить, кто именно. Следовательно, их всех нужно поместить вне пределов его досягаемости.

– Предлагаете усилить охрану Хенслоу? – спросил Экинс.

– Этого недостаточно. Как вы уже успели убедиться, тюрьма не является для них преградой. Я уже принял решение. Мы переведем их в другое место.

Но вопрос, куда именно, пока еще не решен.

– А почему бы не разбить их на группы по пять‑шесть человек и не отправить в разные точки планеты? – спросил Гарвей.

– У нас не хватит людей, чтобы обеспечить охрану такому количеству групп, – с непонятным раздражением ответил Апостолерис.

– Если вы полагаете, что Лейту нужен конкретный человек, – Гарвею начинало не нравиться такое пренебрежительное к нему отношение, – то рассеяв ветеранов по всей планете, вы непомерно усложните им поиск.

Апостолерис опять упрямо замотал головой.

– Довод веский, согласен. Но вдруг вся эта заваруха вокруг ветеранов всего лишь блеф или какой‑нибудь трюк? Тогда отвлекать такое количество людей для их охраны – просто самоубийство. Нет, нам необходимо поместить их куда‑нибудь, где проще обеспечить охрану. Ну, например, на борт военно‑транспортного корабля на орбите. Туда уже Лейту по веревке не забраться.

Гарвей и Экинс удивленно переглянулись.

– Боюсь, вы ошибаетесь, сэр, – медленно проговорил полковник. – На Плинри они умудрились угнать «Корсар». Я запросил данные, и, возможно, нам скоро станет известно, совершил ли он посадку на Аргенте.

Апостолерис, казалось, был сбит с толку, но быстро оправился. Он машинально взял со стола кассету и задумчиво постучал ею о ладонь.

– Хм. Ну что ж, даже имея в распоряжении корабль, они не смогут совершить стыковку без нашего согласия, или без боя… – И тут его будто осенило: – Постойте‑ка, в таком случае, если одному из ветеранов известно что‑то важное, они могут просто уничтожить их всех, чтобы эта информация не досталась нам, – он швырнул кассету на стол. – Я не могу позволить Лейту сделать это. Тогда у нас останется только тюрьма Цербер.

Гарвей вопросительно посмотрел на Экинса.

– Переделанная древняя крепость в ста километрах к юго‑востоку от Караланда, – пояснил полковник. – Тюрьма особого режима. Правда, она не рассчитана на такое количество заключенных.

– Ничего, зато не замерзнут, – сказал Апостолерис. – Кроме того, они там долго не пробудут. За несколько недель мы успеем их допросить и, как только вычислим того, кто нам нужен, остальных сразу отправим обратно. Или у кого‑то есть другие предложения? – он несколько секунд помедлил, ожидая вопросов или возражений. – Хорошо. Экинс, займитесь этим «Корсаром», а я свяжусь с Цербером и начну готовиться к переброске заключенных. Гарвей, вы можете продолжать ознакомление с документами, и если вам в голову придет какая‑нибудь оригинальная идея, сообщите мне. Если нет вопросов, тогда за работу.

Он быстро направился к двери и вышел, прежде чем остальные успели подняться из‑за стола. Экинс, бодро улыбнувшись Гарвею, последовал за шефом, и тот остался наедине с кучей бумаг и кассет.

Положив руки на стопку донесений, он попытался, наконец, разобраться в своих мыслях. Что‑то в сложившейся ситуации его очень настораживало, но пока он не мог понять, что же именно.