— Поехали отсюда, пока не попались, — произнес он с раздражением.

— А куда? Назад? Мы же ничего не разведали и не добыли. Они нас не видят, пока мы стоим, а как тронемся, сразу заметят.

— Мы же быстрее их ездим, — заметил Макар.

— Не быстрее их снарядов из пушки, — ответил Рустам. — Извините, не хотел пугать. — он заметил, как у пацаненка напрягся взгляд. — Пусть решат свои дела, а мы подождем. До темноты времени вагон.

— Да, уезжать отсюда с двумя пакетами безделушек не стоит, — Максим вынул из пакета банку с энергетиком, хотя усталость сняло и без его помощи, открыл ее и сделал большой глоток. Забытый вкус напитка показался ему слишком ненатуральным, но приятным.

Вооруженный народ тем временем зацепил к своей БМП маршрутку на жесткую сцепку и затолкал в нее несколько человек. Со стороны было сложно понять, что происходит. Не гуманитарная акция, но и на насилие не похоже. Воображение рисовало разные картинки будущей судьбы «пленников», одна страшнее другой, но все они были возможны в случае, если «поработители» отличались немотивированной жестокостью.

Из-за остановочного павильона показался мужчина с автоматом, за ним второй. Максим даже не успел испугаться, когда ему в лицо направили ствол автомата.

— Опустили все стекла! Я задаю вопросы, вы быстро отвечаете, понятно? — жестко спросил мужчина, стоявший со стороны Максима.

Внутренности колыхнулись от страха. Чернота махнула перед глазами своим непроглядно-черным покрывалом. Максим уставился в канал ствола, увидев в нем нарезы в самом начале и черноту в глубине, смотрящую на него взглядом мертвеца, вожделеющего живой плоти.

— Понятно, — Максим кивнул.

Рустам нажал все четыре кнопки опускания стекол.

— Кто вы, откуда? — спросил вооруженный мужчина.

— Мы из деревни, приехали узнать, что да как, кое-чем затариться.

— Врёте! Откуда в деревне такие тачки? И чего от вас анашой пасет?

Максим посмотрел на Рустама, тот смог признать свою вину только глазами.

— Она помогает против тьмы. Расслабляет психику, — нашелся Максим.

— Серьезно? У вас еще есть? — спросил автоматчик.

Отпираться было глупо. Пакет лежал в бардачке на видном месте. Максим открыл его, вынул пакет и показал мужчине. Тот присвистнул от удивления.

— Толян, глянь, да это наркодилеры, которые работают по крупному, — он взял пакет в руки, открыл его и понюхал. — Фу, гадость.

— Мы не наркодилеры. Это лежало в машине. Мы только для себя, — пояснил Рустам. — Неизвестно еще, сколько эта катавасия будет продолжаться.

— Ты тут самый обдолбаный что ли, красноглазка?

— Эти не курят, я один дунул, потому что за рулем. А вы кто вообще? Военные?

— Не совсем. Где ваш лагерь и сколько в нем людей?

— Пять, в двадцати километрах от трассы, в деревне, — немного соврал Максим, оставаясь при этом абсолютно спокойным.

— Пять? — усмехнулся мужчина. — Вот это сила. Вообще не в курсе что ли о том, что происходит?

— А что происходит? У нас ни радио, ни интернета нет.

— Вытяни правую руку вперед, — попросил мужчина.

Максим удивился просьбе, но вытянул. Мужчина взял ее за запястье и покрутил, будто искал на ней что-то.

— Татух нету.

— Каких татух? — переспросил Максим.

— Фанатики появились у нас, называют себя «страховщиками», создали свою организацию «Мир оф Фир» или «Мир страха» по-нашему.