— Я просто хочу увидеть его, — грустно вздохнула Бет.

— Алистер говорит, у Дугала все в порядке.

— Я боюсь за него.

— Крайтон заботится о нем. Он отвечает за него перед Камберлендом.

— Потому что герцог может шантажировать меня жизнью брата, — прошептала Бет, опустив голову.

— Я найду выход, — как бы случайно бросил маркиз. Подойдя к двери, он обернулся и внимательно посмотрел на Элизабет. — Просто не наделай глупостей.

Бет напряглась, подозрительно прищурившись.

— Ты так хороша, когда сердишься, — улыбнулся Форбс. — Я рад, что тебе лучше.

Жаркая волна прилила к лицу. Как будто ему было все известно, все, о чем она думала, что замышляла. Может, он что-то подозревает?

Но маркиз ничего не сказал. Он ушел, оставив ее один на один со своими страхами.

22

Вечером маркиз сопровождал жену на ужин, но перед тем, как подать ей руку, Рори передал Элизабет восхитительное ожерелье из крупных жемчужин. У Бет от восторга захватило дух. О таком подарке она не могла и мечтать.

Минуту девушка лишь молча смотрела на перламутровое сияние, не в силах произнести ни слова. В ее семье тоже хранились всевозможные украшения, но, несомненно, ничего подобного у Макдонеллов никогда не было. Наконец придя в себя, маркиза взглянула на мужа.

— Опять фамильные драгоценности?

— Да.

— Для кого же мне предстоит надеть их сегодня?

— Для меня, — сказал Форбс. В его голосе не было и намека на былое высокомерие.

Бет повернулась к зеркалу, любуясь своим отражением, пока Рори старался справиться с непослушной застежкой. И вновь он не спешил опустить руки, прикасаясь к нежной шее и бережно поглаживая плечи своей юной жены. Матовый свет крупных жемчужин подчеркивал белизну кожи. Их взгляды встретились в зеркале.

— Я хочу, чтобы ты поняла кое-что, Бет, — серьезно начал Рори. — Все драгоценности, которые я дарю, принадлежат тебе. Неважно, останутся ли они в семье. Меня это не волнует. Они есть и всегда будут твоими, только твоими, — взволнованно добавил он.

Если бы Бет не знала лучше своего мужа, она была бы готова поклясться, что Рори пытается попрощаться с ней.

Девушка обернулась, чтобы посмотреть ему прямо в глаза, так как зеркало искажало его взгляд. Но, к сожалению, он вновь закрылся от нее, и она не смогла увидеть ничего помимо того, что видела в зеркале.

— Благодарю вас, милорд.

— Не стоит благодарности. — В его глазах неожиданно блеснуло удивление. — Пожалуйста, запомни мои слова.

— Да, милорд, — покорно согласилась Элизабет.

Маркиз протянул ей черный бархатный мешочек.

— Вот, возьми, в нем твои жемчуга не потускнеют, — многозначительно сказал он.

И, конечно же, в нем Бет сможет забрать с собой свои драгоценности. Холодок пробежал по спине маркизы. Что, если Рори подозревает о ее намерениях? Значит ли это, что он благословляет ее?

Девушка опустила глаза, не зная, что ответить. Форбс повернулся и, наклонившись, принялся гладить Черного Джека. Јенок веселился от души. Перевернувшись на спину, он перебирал в воздухе всеми четырьмя лапами, перекатывался с боку на бок и восторженно вилял хвостом. Элизабет наблюдала за ними и думала, что ей все же придется согласиться и принять подарок мужа. Не только потому, что жемчуг был великолепным. Юной маркизе нравились украшения, однако не до такой степени, чтобы ради них соглашаться на все. Нет, она примет подарок ради того серьезного, задумчивого выражения, которое появилось в глазах Рори, когда он надевал ей на шею жемчужные нити.