«Человек считает себя венцом природы. Вершиной сложной пищевой цепочки. Но если хорошо подумать, становится ясно, что это бред. Не так уж мы уникальны и не так важны. Люди – обычные вредители, возомнившие себя царями. От муравья больше толку, чем от человека. Природа – хоть в Зоне, хоть за ее пределами – живет по одному и тому же принципу. Вот убили бы меня – и что? Произошла бы катастрофа? Вымер бы какой-нибудь вид животных или растений? Нет. Мое бездыханное тело стало бы пищей для мутантов. И не более того. Если человек исчезнет, природа облегченно вздохнет и сразу же примется залечивать раны, которые мы, люди, наносили ей тысячелетиями», – размышлял сталкер.

Вскоре вернулся напарник.

– Нам пора, – пробурчал Тихий и первым полез вверх по насыпи.

Идти по шпалам – то еще удовольствие. Непривычно и достаточно тяжело. Но выбора не было. Двигаться лесом – не вариант. Аномалий в нем пруд пруди, да и тварей в достатке. Лучше уж так. Тяжело, но более-менее безопасно. К тому же, находясь на возвышенности, можно хоть как-то контролировать происходящее вокруг.

– Все. Не могу больше, – простонал после получаса быстрой ходьбы плетущийся позади Гриф. – Привал.

Отдохнуть действительно было необходимо. Ноги гудели, а спину ломило, да и все еще чувствовались отголоски недавнего мордобоя. Тихий остановился, сбросил рюкзак. Осмотревшись, взглянул на напарника.

Тот лежал на шпалах, раскинув руки и ноги, всем видом демонстрируя свою усталость.

– Ты прямо как на пляже развалился.

– Только пляж больно уж хреновый, – страдальчески произнес Гриф.

– Давай поднимайся, пока кишки не простудил. Отдохнули немного – и хватит. Идти нужно. Стемнеет скоро.

– Изверг. Пяти минут не прошло. Нельзя так с людьми. Особенно с друзьями.

– Хватит причитать, – отмахнулся Тихий, надевая рюкзак. – Разбухтелся, как старуха. Или тебе в кайф по шпалам топать в темноте?

– Всё-всё. Встал. Идем.

Шли долго. Солнце практически скрылось за горизонтом, и на Зону опустились сумерки. Начали просыпаться ночные хищники. Их леденящие кровь крики и рычание доносились из леса то с одной стороны, то с другой. Приходилось часто останавливаться, прислушиваться, всматриваться в темноту, держа оружие на изготовку.

Вскоре сталкеры вновь остановились. На этот раз не из-за звуков, издаваемых мутантами. Слева от железной дороги Тихий увидел забор. Натянутая между деревянными столбами колючая ржавая проволока, высокие, сколоченные из досок ворота с большими красными звездами на каждой из створок – ограждение словно всем своим видом предупреждало: дальше опасность.

– Это бывший пионерский лагерь, – пояснил Гриф. – Раньше детвора там резвилась, а теперь…

– Что теперь?

– Не знаю, правда это или очередная сталкерская байка, но поговаривают, будто там обитают призраки.

– Детей? – удивленно спросил Тихий.

– Да бог с тобой, – перекрестился Гриф. – Нет, конечно. Брешут сталкеры. Я уверен. Скорее всего, устроили там схрон и придумали страшилку, чтоб никто не совался. Простая логика. Идем, до станции осталось всего ничего. Да и стемнело уже почти.

Остаток пути оказался самым сложным. Сталкеры то и дело оступались, спотыкались, цеплялись за поросль, которой здесь было намного больше. Идти приходилось в темноте. Фонари не включали, боясь привлечь мутантов.

Силы были на исходе. Парни еле переставляли ноги. Рюкзаки словно потяжелели в несколько раз. А чувство голода лишь усугубляло состояние изнеможения.