Про себя Кент отметил, что она точно знакома с нормами приличия, которые не чужды и людям. Да и вела она себя куда взрослее, чем выглядела. Плюс манеры: ровная спина, ручки на коленках, молчит, старается вести себя тихо и не ёрзает, словно у неё заноза в жопе. Дети, особенно напуганные, не так себя ведут. Тут поведение скорее уже сознательной девушки, как минимум.

Это заставляло его куда более настороженно следить за ней, буквально не спуская глаз с этой особы. Не нравился ему её ум, который проскальзывал в детских глазах.

Однако то, что он посчитал умом, на самом деле было голодом. Безжалостным голодом, который терзал Миланье уже практически второй день. Она смотрела на него с интересом, который из обычного плавно перетекал в гастрономический. Всё больше проявлялась её природа хищника, который должен питаться, как, в принципе, иногда происходило и с человеком. Однако у демона это проявлялось куда сильнее. И, будучи ребёнком, Миланье было слишком тяжело скрыть голодный блеск в глазах.

Она с трудом глотала слюни, посматривая на него, но старалась отвлечь себя чем-либо ещё. Например, разглядывала большой доспех.

Её внутреннее «Я» и детская любознательность подталкивали пролезть туда и потрогать всё своими неугомонными шаловливыми ручонками, может что-нибудь сломать, а может украсть. По крайней мере, желание порыскать в огромном доспехе кое-как отбивало мысли о голоде.

- Эй! – громкий возглас глупого манула заставил её подлететь на месте и испуганно посмотреть на него.

Сердце Миланье подпрыгнуло к самому горлу от неожиданности, словно это было последнее мгновение в её жизни. Она почувствовала, как вся кровь отлила от лица. Всю её спину, несмотря на жар от костра, пробрало холодом. Её ноги неожиданно стали ватными, и даже пожелай Миланье убежать прямо сейчас, скорее всего бы споткнулась и упала прямо в костёр, около которого они сидели. Её грудь быстро вздымалась, качая воздух, словно насос.

Миланье испуганно упёрлась взглядом в малума, ожидая любой гадости, включая то, что он сейчас кинет в неё полено.

И он кинул! Она буквально видела, как он схватил полено из костра и кинул в неё. Он кинул…

Пакетик…

Пакетик с чем-то.

Не полено.

Как оказалось, глаза у страха действительно велики, и Миланье успела и придумать, и даже увидеть то, чего опасалась, хотя на деле всё было иначе. Но стоило ей просто немного прийти в себя, как реальность оказалась немного другой, не столь пугающей.

Она медленно опустила взгляд на то, что приземлилось ей прямо на коленки, отдав должное: он довольно метко кинул ей это через костёр. Потребовалось время, чтоб отойти от испуга и понять, что малум кинул ей что-то съестное. По крайней мере, это выглядело съестным, хотя и было завёрнуто в какой-то шуршащий, подобно листьям, материал, прозрачный, как стекло, и плотный, как кожа. Или нечто похожее.

Сравнить пищевой полиэтилен ей было не с чем. Да и объясни ей, что это, вряд ли бы она поняла, так как подобного в мире демонов не встречалось.

Миланье медленно поднесла руки к этому пакетику, взяла его и поднесла к глазам, чтоб получше разглядеть предмет.

Мягкий, коричнево-зелёный, словно навоз, но…

Она попыталась раскрыть этот странный пакет, который шуршал, словно извещал малума о её попытках. Но, как оказалось, это не так уж и просто – он был слишком гладким, прочным и скользким, от чего несколько раз предательски выскакивал у неё из рук, падая на землю. После слишком долгих и безуспешных усилий, уже не в силах сопротивляться своему голоду, Миланье плюнула на этикет и порвала его зубами - просто впилась в него и порвала. И сразу же поняла, что эта странная стеклянная кожа несъедобна; по крайней мере разжевать у неё это не получилось.

А вот что касается странного кусочка внутри, он был вполне съедобен, хоть и отдавал больше хлебом и травами.