— Ты дурак, — повторила она, правда, на сей раз уже не столь уверенно.

— Вероятно, — продолжал Майк, — ты все же надеялась, что сумеешь удрать после того, как я окажусь в западне. Ты надеялась, что успеешь выскочить обратно, прежде чем закроется дверь. Допускаю, что они сами предложили такой вариант, но только, видишь ли, какое дело, сами-то они прекрасно знали, что это невозможно. Во-первых, дверь слишком тяжелая, во-вторых, пол с той стороны резко уходит вниз, а в-третьих, ты бы просто не успела спастись. Так что видишь, они решили, что ты должна умереть вместе со мной.

Она отшатнулась:

— Это неправда!

— Ты знаешь своих людей лучше, чем я. Возможно, я и ошибаюсь, но только у меня сложилось такое впечатление, что у вас тут любого можно запросто укокошить. Вот почему ваш город вымирает.

— Вымирает? — недоверчиво переспросила она.

— Проходя по вашему городу, я видел много пустующих, заброшенных домов, в которых никто не живет. Очевидно, когда-то здесь жило значительно больше людей, чем сейчас. Ведь нигде не видно зданий, построенных недавно. Все ваши постройки очень старые. Ваш мир не развивается, а когда организм перестает расти, то это значит, что он начинает разлагаться. Вам следовало бы брать пример с людей, что живут в горах.

— В горах никто не живет.

— А ты сама была там? Имела возможность лично в этом убедиться?

Она пожала плечами:

— Кому захочется идти туда? Там нет ничего, только голые холмы.

— Неужели тебе не любопытно на них взглянуть?

— Что такое «любопытно»? Я не знаю, что это такое. А в горах ничего нет.

— А за горами? Знаешь, что находится за горами, за пустыней?

Она снова пожала плечами:

— Почему ты спрашиваешь о таких глупостях? Там тоже ничего нет.

— А как же руины?

— Руины? Я не знаю никаких руин. Вот здесь Шибальба. И кроме Шибальбы, нет ничего.

— А как же я? Я-то откуда пришел?

Она смотрела на него с беспокойством и с нескрываемым раздражением:

— Это не имеет значения. Ты неправильный. Тебя не должно быть. Ты не такой, как мы. Ты вообще из ниоткуда.

Майк усмехнулся:

— Несомненно, очень многие согласились бы с тобой. — Он наконец понял, что попусту теряет время. — Все, я ухожу. Если хочешь, можешь пойти со мной. Если все еще сомневаешься, что вашим людям наплевать на тебя, можешь снова зайти в эту комнату. Готов поклясться, что ты из нее никогда больше не выйдешь. Или возвращайся обратно и скажи им, что у тебя ничего не получилось. Скажи, что я отказался пойти с тобой.

Майк повернулся и быстро зашагал по коридору. Он думал о правиле левой руки, которое срабатывает во многих лабиринтах. Возможно, что и этот лабиринт устроен по тому же принципу.

Перед тем как повернуть за угол, он оглянулся. Она неподвижно стояла на том же месте и смотрела ему вслед. Держась левой стены, он зашел в нишу, снова вышел из нее, поставил на стене метку и поспешил дальше, сосредоточившись на карте, которую прихватил из Архивов. Теперь он думал только о том, как бы разыскать Эрика и поскорее выбраться отсюда, вернуться обратно в свой мир — и желательно вместе с Каваси.

Что его в ней привлекало? И почему он думал о ней больше, чем о любой другой из девушек, с которыми бывал знаком? Ведь он ее почти не знал… И все же она была единственной желанной.