— Сотенную бумажку из пачки? Он что, носит в кармане наличные? Кто он? Мультимиллионер? Восточный принц? Ненормальный русский?

— Это Виктор — ненормальный русский, — «ни с того ни с сего подарил мне кольцо и серьги», чуть не слетело с моего языка. — Анри вполне нормален. Он агент по недвижимости и частенько умудряется брать свой гонорар наличными, чтобы поменьше платить налоги. Он считает, что лучше отдать деньги непосредственно тому, кто в них нуждается, как этот нищий воришка, а не в казну.

— Маршан тоже платит вам наличными? — осторожно спросила Марта.

— Нет, конечно, я предпочитаю не играть в игры с налоговым инспектором. Мой отец — юрист, он очень серьезно относится к французским законам.

— А к проделкам Анри?

— Во-первых, папа ничего не знает об этом, а во-вторых, Анри — канадец. Он из Торонто.

Но отцу он понравился, как и мне, с первого взгляда. Между прочим, единственный случай за всю мою жизнь, чтобы папа пришел в восторг от моего кавалера.

— Значит, любовь с первого взгляда?

— Не знаю. Просто, когда мы приехали в Париж, Анри предложил перекусить где-нибудь вместе, а потом мы как-то сразу оказались у меня дома и в постели...

Я растерянно взглянула на Марту: вдруг она начнет проводить параллели между ситуациями с Анри и с Виктором? Но она благожелательно улыбнулась.

— И у вас все сразу получилось совершенно замечательно?

Я с облегчением вздохнула.

— Да.

— Интим, конечно, очень важен, но, по-моему, для брака нужно кое-что еще. Скажем, общие интересы, взаимопонимание...

— Вот именно! Взаимопонимание! Видите ли, я тогда тоже мучилась над одним проектом, а после интима с Анри ко мне сразу пришла отличная идея по поводу того заказа. И Анри по собственной инициативе отправился за шоколадом и апельсинами для меня, а потом руками выжал из них сок. У него потрясающие руки!

Кроме него, никто не умеет выжимать сок вручную, не пролив ни капли мимо!

— То есть все дело в соке?

— Да нет же! Понимаете, все другие мужчины обычно обижались и сбегали. Мужчины не выносят, когда у женщины есть что-то, что для нее дороже их драгоценных ласк и интима. — Марта показала глазами на наброски. Я кивнула. — Вы же сами сказали, что Виктор обидится, раз я не нашла нужным поинтересоваться, что он там писал. — Я подумала, видела бы Марта, как безобразно вел себя Виктор сегодня ночью, когда голым поскакал к своему любимому компьютеру, но произнести вслух постеснялась. — Конечно, творчеством должны заниматься только они!

— Мы с Жюлем оба занимаемся творчеством.

Жюль гордится моими романами.

— Вот именно, Марта. Анри тоже гордится мною, он не ревнует меня к моему творчеству.

Он не такой, как все.

И мы дружно выпили за Анри и Жюля, не-таких-как-все.

— Так вот, когда утром мне позвонил Маршан и предложил полакомиться уткой, Анри услышал, в какой ресторан он пригласил меня, и сказал, что туда положено являться в вечерних туалетах, а украшения можно взять напрокат. А я сказала, что у нас в семье есть украшения, вот эти серьги, кольцо, — я показала все Марте, она с интересом смотрела и кивала. Как приятно рассказывать, когда тебя слушают с таким интересом! — И еще колье, тогда все было у мамы дома, кроме кольца, она его давно отдала мне, потому что оно перестало налезать ей на палец. Но Анри придется идти вместе со мной в качестве эскорта, и брать напрокат мы будем не украшения, а смокинг. Тут выяснилось, что смокинг уже лежит в чемодане Анри. Нам было очень весело, и мы вместе пошли к моим родителям, и я подарила отцу булавку для галстука, которую заранее заказала для него у ювелира.