— Ладно. Только давай обойдемся без лишней стрельбы, пока не приблизимся на нужное расстояние.

— Ясно.

Эшбрук вытащил из-за пояса свой небольшой пистолет, взял его в левую руку. В правую он взял обрез.

— Ну двигаем. Ишмаил уже должен быть на месте.

Низко пригнувшись, он бросился бежать вперед. Рэйчел держалась рядом. «Вальтер» она пока спрятала в карман, зато в ее руке появился тяжелый нож, который очень удобно было бросать. В следующий миг она сунула клинок в зубы, а затем вновь достала пистолет.

Эшбрук прикинул, что теперь они уже примерно вышли на уровень позиции контрабандистов. Но Ишмаил не подавал никаких признаков своего присутствия. Странно.

— Вы договорились о каком-то сигнале, чтобы он знал, когда мы будем на месте?

— Нет, — качнула головой Рэйчел. — Он просто откроет огонь, когда выйдет на свой рубеж.

Эшбрук хотел что-то сказать, но тут же с противоположной стороны позиции контрабандистов послышалась частая стрельба. Противник открыл ответный огонь.

Со стороны скал тут же подключились капитан и его напарник. Патронов они не жалели.

— Ну сейчас или никогда, — сказал Эшбрук, передернул затвор обреза и бегом бросился к пальмам.

Рэйчел не отставала.

Это была жестокая схватка. Они ворвались в заросли деревьев как ураган. Эшбрук прострелил голову одному из контрабандистов из пистолета, второму разворотил живот из обреза. Девушка тоже стреляла из «Вальтера», и не безрезультатно.

Очередь ударила в ствол пальмы над головой Эшбрука. Он резко повернулся и увидел того самого говорливого мужчину. Тот держал в руках «Узи» и скалил зубы в улыбке.

— Ну что, старичок? Обгадился?

Эшбрук вскинул руку с обрезом, понимая, что уже поздно. Он не успевал. Палец колумбийца напрягся на спусковом крючке автомата, и в этот момент коротко дважды пролаял «Вальтер». Контрабандист выронил оружие и повалился на песок.

Эшбрук подмигнул Рэйчел.

— Спасибо, милая.

Затем передернул затвор и бросился дальше.

Бой продолжался еще некоторое время. Эшбрука и девушку спасло то, что они завладели трофейными «Узи» с почти полными магазинами, иначе им пришлось бы плохо.

Но вот наконец последний бандит замер на песке, истекая кровью. Эшбрук ладонью вытер пот со лба. Рядом с ним тяжело дышала Рэйчел. Она все же успела метнуть нож, и он торчал теперь в горле одного из мертвых контрабандистов.

— Мистер Эшбрук! — раздался голос Ишмаила.

— Я здесь.

— Как дела?

— Похоже, больше никого не осталось.

— Тут семь трупов, а на берегу, когда мы подплывали, я насчитал десять человек.

Эшбрук молча кивнул, чувствуя, как кровь стучит у него в висках, а сердце буквально выпрыгивает из груди.

«Это игры для молодых, — подумал он, — но если ты в них играешь, ты и чувствуешь себя молодым. Во всяком случае, пока тебя не пристрелят».

Над пляжем повисла тишина, нарушаемая лишь легким мерным шумом прибоя. Солнце скрывалось за горизонтом.

Глава четырнадцатая

Солнце уже клонилось к закату, а они все шли и шли. Прошло уже довольно много времени с тех пор, как их высадили из фургонов. Руки заключенных по-прежнему были связаны за спиной, кисти набухли и посинели из-за нарушенного кровообращения.

Янг осторожно пошевелил онемевшими пальцами. Рядом с ним шел молодой летчик; как подполковник успел выяснить, его фамилия была Джонсон. Он повернул голову.

— Что это они собираются делать, сэр?

— Что?

Янг проследил за взглядом молодого офицера и увидел небольшой фургончик, который подкатил к колонне.