— Граждане Донии воспитаны в традициях послушания, не то что ваш сброд, — сказал Мандро Та. — Быть может, нам порой не хватает продовольствия, но мои подданные знают свое место.

Этасалоу понял, что его намек достиг цели. Рассердить Мандро оказалось на удивление просто. Своими повадками он напоминал гигантских хищных жаб, обитавших на его планете. Пока жертва не двигалась, гнусная тварь попросту не замечала ее. Но теперь Мандро насторожился и изготовился к прыжку.

Этасалоу порадовался точности сравнения, которое пришло ему на ум. Донианские жабы славились чудовищной прожорливостью и порой заглатывали столь крупные куски, что умирали от удушья. Возможно, тирана ждет именно такая судьба. Этасалоу обвел взглядом город.

— Солнцедарительница уже ознакомила вас со своими планами относительно Паро?

— Она рассказала лишь о том, что Люмин намерен укреплять там авторитет императора. Она полагает, что ее жрица по имени Матилиса имеет значительное влияние на этого вертопраха Кейси. Еще она упомянула о социальных и политических программах, целью которых является создание на Паро противоборствующих блоков, объединенных на религиозной основе. Думаю, Солнцедарительница собирается пустить в ход наркотики. Она особенно подчеркнула роль медицинского персонала Люмина.

— И это все? Любопытно.

— Почему вы думаете, что Солнцедарительница что-то замышляет? Ведь новый король Дерус — верный слуга императора.

Этасалоу негромко рассмеялся:

— Ее терзает зависть, и не более того. У Изначальной Гвардии есть Гектор, обитаемый спутник Илиона. Солнцедарительница жаждет обзавестись собственной планетой, только крупнее, чтобы учредить там элитарное отделение Люмина для своих приверженцев. Ни для кого не секрет, что она поручила этой блуднице Матилисе соблазнить принца Кейси. Одному свету ведомо, зачем ей это нужно. От всей души надеюсь, что она сумеет погубить Лэннета. Само его существование отравляет мне жизнь.

Мандро Та нахмурился:

— Я еще могу понять вашу тревогу по поводу того, что Солнцедарительница возьмет власть на Паро. Но Лэннет? Этот нахальный выскочка, капитан Стрелков? Да ведь он никто и ничто. Чем же он досадил вам?

Этасалоу сдержанно, едва ли не смущенно улыбнулся.

— Тут замешаны личные пристрастия. Моя племянница — врач. Она лечила Кейси и была вынуждена иметь дело с Лэннетом. Он держался с ней дерзко и вызывающе. По ее словам, он был откровенно груб. Впрочем, чего еще ждать от Стрелка!

— Капитан Лэннет оскорбил вашу племянницу. И вы упоминаете об этом в разговоре, касающемся интриг галактического масштаба?

Сухой смешок и беспечный тон не могли скрыть затаенные чувства командора:

— Мою семью объединяют нерушимые узы. Цвет нашей кожи, ненавистный для большинства людей, значит для нас очень многое. Мы едины. Задев одного из нас, вы оскорбляете остальных. Я — старший жрец Люмина и первый советник императора, но, честно говоря, куда больше горжусь тем, что мой клан избрал меня своим наставником.

Хмурое лицо Мандро Та постепенно прояснялось:

— Так вот в чем дело! Вы внедрили в паровианскую экспедицию своего шпиона.

— О ком вы?

— О вашей племяннице Бахальт. Солнцедарительница имеет полное право гордиться собой. Она проломила таинственную стену, которой окружило себя ваше семейство.

Тирану показалось, что у Этасалоу дрогнула щека. На мгновение он возликовал, решив, что ему удалось застать командора врасплох, но, когда Этасалоу заговорил, в его голосе угадывалось только легкое презрение:

— Солнцедарительница не настолько глупа, чтобы поверить в это. Но даже если и так, почему она утверждает, будто бы доктор Бахальт — шпион?

— Это сказал я, не она.