Он снова оглядел стол, и все закивали. По лицам собравшихся Старейших было видно, что они заглянули в лицо катастрофе. Она разрушила их планы, обернулась ловушкой, в которую они загнали себя и свою планету. Это ужасало их, и единственной опорой в ненадежной Вселенной осталась их Вера.

– Ну что ж, если мы не можем доверять им, то мы выработаем собственные планы и исполним их к вящей славе Божьей, а тем временем притворством обманем притворщиков. Они верят, что наше дело безнадежно, но мы знаем, братья, что Бог с нами. Мы призваны во имя Его, и больше нельзя колебаться и ошибаться. Третьего Грехопадения быть не должно.

– Аминь, – пробормотал кто-то, и Меч Саймондс почувствовал трепет в душе. Он был военным, что бы ни считал по этому поводу капитан Ю. Большая часть решений, разозливших хевенита, объяснялась не глупостью, а планами, о которых Хевен ничего не знал, и Саймондс прекрасно понимал, как опасно их военное положение. Но он был Истинным. Он веровал, несмотря на все амбиции, несмотря на внешнюю оболочку цивилизации, и, слушая тихие слова Хаггинса, он слышал зов своей собственной веры.

– Сатана надвигается, – продолжил Хаггинс. – Он уже дважды оторвал человека от Бога, каждый раз используя женщину как свое орудие. Теперь он снова пытается добиться той же цели, используя мантикорскую Блудницу и ее прислужницу Харрингтон, и если мы взглянем на ситуацию мирским взором, она действительно безнадежна. Но есть и другой взгляд, братья. Сколько можно поддаваться козням Дьявола, прежде чем разглядеть Божью истину? Мы должны довериться Ему и последовать за Ним, как Анания, Азария и Мисаил отправились в печь огненную, а Даниил спустился в ров ко львам. Говорю вам, наше дело не безнадежно. Говорю вам, оно никогда не будет безнадежно, покуда Господь ведет нас.

– Вне всякого сомнения, это правда, брат Хаггинс, – даже в голосе Главы Старейших чувствовалось уважение. – Но мы все тут всего лишь смертные. Как нам быть, если хевениты лишат нас «Гнева Господня», ведь весь наш флот погиб! Как мы сможем устоять перед всей мощью Мантикоры, если она устремится на нас?

– Нам надо только выполнить нашу задачу, Глава Старейших, – сказал Хаггинс с абсолютной уверенностью. – Мы успеем добиться падения отступников до того, как вмешается флот Блудницы. Нам надо только схватить Меч Божий и нанести удар, чтобы доказать, что мы по-прежнему Истинные, а Он смутит Блудницу – и неверных с Хевена тоже.

– Что вы имеете в виду, брат Хаггинс? – тихо поинтересовался Меч Саймондс.

– Разве мы не знали с самого начала, что Мантикора прогнила и ослабела? Если наши силы овладеют Грейсоном, все корабли Блудницы погибнут и не смогут оспорить нашу версию, как это случилось, то что остается делать Мантикоре? Она отшатнется от Света Божьего, и Его рука поддержит нас, как Он и обещал. Он всегда поддерживает Истинных. И разве вы не видите, что Он дал нам средство для достижения этой цели?

Глаза Хаггинса горели мессианским огнем, и он взмахнул рукой, указывая длинным костлявым пальцем на магнитофон дьякона Саймондса.

– Нам известны планы неверных, братья! Мы знаем, что они собираются отвлечь и бросить нас, запутать в своих сетях, но они не знают, что мы это знаем! – Он перевел горящий взгляд на Меча. – Меч Саймондс! Если бы вы полностью контролировали «Гнев Господень», сколько времени вам потребовалось бы сражаться с мантикорскими кораблями, чтобы захватить систему Ельцина?

– День, – сказал Саймондс. – Может, меньше, может, чуть больше. Но…

– Но вы не контролируете его полностью. Об этом позаботились неверные. Но если мы притворимся, что обмануты их ложью, если успокоим их, согласимся на их задержки, то сможем все изменить. – Его яростный взгляд прожигал Меча почти насквозь. – Какая часть экипажа «Гнева Господня» из Истинных?

– Чуть больше двух третей, брат Хаггинс, но многие ключевые офицеры все еще неверные.