— Чтобы он подумал, что мы все еще ждем результата переговоров,— пояснила принцесса.— Пока он верит, что победил нас, мы на верном пути.

— А что делать нам?— спросил кореллианин, кивая на Чубакку.

— Станьте его телохранителями,— попросила Лея.— Убедитесь, что никто не убьет его до того, как мы получим эту информацию.

Комнату наполнил возмущенный рык Чубакки.

— Мне это нравится не больше, чем тебе,— сказала принцесса, как можно выше поднимая голову, чтобы заглянуть вуки в лицо.— Но у меня нет выбора. Хантер Маас — жестокий, глупый, продажный человечек. У него нет шансов преуспеть в афере, за которую он взялся. Он доиграется до того, что его прихлопнут, но в данный момент у него преимущество. Если Империя получит такую власть — или «Черное солнце», или хатты — это будет означать конец всей свободы в Галактике.

Скарлет с мрачным видом кивнула.

— Ага,— буркнул Хан.— А если эту власть получим мы?

ГЛАВА ВОСЕМНАДЦАТАЯ

ЦEHTP КОНКЛАВОВ ПРЕДЛАГАЛ ТЕМ, кто решал в нем остановиться, четыре варианта размещения. Для наиболее многочисленных и обладавших наибольшим могущест-вом делегаций имелось семь отдельных корпусов, где администрация передавала постояльцам коды доступа и юзволяла самим контролировать свою безопасность— и отвечать за нее. Номера попроще охранялись едва ли нe лучше, чем тюрьмы: там была охрана и круглосуточное наблюдение, а патрули маленьких парящих дроидов, оборудованных бластерами, имели строгие предписания о том, кто может и кто не может передвигаться по коридорам. Третий вариант размещения— отдельные жилые помещения непосредственно в самом Центре конклавов, рядом с барами и конференц-залами. И последний— номера типа общежития для рядовых членов делегаций или рас, обладающих коллективным разумом, чьи особи могут существовать лишь втиснутыми в замкнутое пространство без намека на уединенность.

Хан ни капли не удивился, увидев, как Хантер Маас степенно направляется в сторону комнат третьего класса. Человек, которому необходимы дроид и пернатая крыса для антуража, не потерпит жилья, не обладающего минимальным комфортом, но и не сможет позволить себе самое лучшее. Усевшись под огромным деревом с пятнистым стволом, Хан чистил ногти и наблюдал сквозь большую прозрачную стену, как пират договаривается с дроидом, ответственным за распределение номеров. Послышался голос Скарлет, тихий и металлический.

— Порядок,— сказала она.— Я его вижу Можешь уходить.

Хан не стал отвечать. Он просто повернулся спиной к жилым помещениям и пошел по коридорам Центра. Кучка узколицых, жалкого вида людей провожали его хмурым взглядом, когда он проходил мимо небольшого садика. Хан дотронулся до лба в шутливом салюте, не замедлив шаг.

В Таластиие была уже почти полночь, и по коридорам Центра конклавов теперь передвигались украдкой. Те, кто спешил с одной тайной встречи на другую, с опаской глядели друг на друга. Все пытались увидеть, кто рядом с ними, стараясь самим не попасться на глаза. Сейчас на Киамарре можно было купить все, что угодно: оружие и рабов, верность и предательство. А также, благодаря Хантеру Маасу, будущее Галактики. Плохо, что из-за этого тайно следить за Маасом стало сложнее. Хорошо, что это вообще было возможно. Хан и Скарлет попеременно дежурили, оберегая свою добычу, и пока что их за этим делом никто не застукал.

— Эй,— шепотом окликнул его чей-то голос.

Хан оглянулся. Тощая, как палка, ногри с нависшими бровями и оскаленными зубами прошептала:

— Мне нужны идентификаторы для кораблей. Ты продаешь идентификаторы?

— Я ничего не продаю, сестра. Я просто мирный гражданин, который вышел прогуляться,— ответил Соло.

Она улыбнулась и кивнула.