Сестра разломила хлеб.

— Ну, этого не случится. Когда я выйду за него замуж, мне удастся убедить его, что он должен примириться с церковью ради наших детей.

Диана вздохнула и продолжила есть, не чувствуя вкуса пищи. Она понимала — чтобы оторвать Сесили от красавца виконта, требуется нечто большее. Перепалка с Баннастером прошлой ночью не выходила у нее из го ловы.

Как и ошеломительный поцелуй.

Она тряхнула головой, чтобы избавиться от ощущения слабости, которое охватило ее даже теперь — при одной мысли о его теле, вжимавшемся в нее. Что с ней происходит?

Но угроза исходила не только от его тела. Весь ее мир мог рухнуть по одному его слову. Ее брат Арчи, в случае если бы ее поведение отразилось на его положении при дворе, пришел бы в ярость и мог бы отречься от нее.

Не лучше ли было бы, если бы Баннастер разоблачил ее и все уже осталось бы позади, чем постоянные мучения от неизвестности и страха? В конце концов, это вопрос времени.

И за оставшееся короткое время ей нужно выполнить обязательства перед Лигой, потому что если брат откажется от нее — а он так и сделает, благо получит к тому повод, — ей потребуется помощь Лиги.

Странно, что она вообще может рассуждать, когда ее преследует видение: Баннастер, сидящий в ванне. И она прикасается к его блестящей коже. Что она сможет сообщить Лиге, если ей не удастся превозмочь вожделение?

Застонав, она уронила голову на руки.

— Что с тобой? — зло спросила Сесили. — Ты получила все, что хотела. Ты украла у меня его внимание…

— Я не просила его. — Диана не подняла головы.

— Не думай, что я облегчу твою задачу. Я без труда очарую его. Вот увидишь!

— Не сомневаюсь, — буркнула Диана.

— Когда я окажусь с ним рядом, ты должна держаться на расстоянии.

Диана вздохнула.

— И надевай самые старые платья — или эти твои мужские штаны! Так будет лучше всего.

Диана подняла голову и вытаращила на сестру глаза.

— Ну, это уж слишком!

— Значит, ты признаешься, что хочешь заполучить его! — сделала вывод Сесили.

— Не хочу. И тебе не советую. Пойми, у него плохая репутация.

— Ушам своим не верю, ты уже отговариваешь меня! — потрясенно произнесла ее сестра.

Диана только вздохнула:

— Я хочу, чтобы ты подумала над этим. Не соглашайся выходить замуж за первого встречного.

— У него титул, богатство, он хорош собой и молод. Чего еще мне желать? И я достойна его! — горячо заявила Сесили, как если бы ждала, что Диана начнет возражать.

— Есть другие вещи, которые делают брак успешным. Твой муж должен заслуживать твое уважение, а я не уверена, что Баннастера можно уважать. Ты знаешь, что он пытался силой принудить женщину выйти за него замуж?

Сесили пожала плечами и усмехнулась.

— Глупая женщина. Ему не нужно будет принуждать меня.

Прежде чем Диана смогла ответить, ее сестра задохнулась и прошипела:

— Вот он. Уходи, Диана.

Диана не удержалась и посмотрела в сторону лестницы, по которой в зал спускался Баннастер. Одежду, в которой он был, она видела в его седельной сумке. За ночь слуги привели ее в порядок. В темно-красном камзоле, распахнутом, чтобы был виден синий дублет, надетый на белую рубаху, он выглядел как истинный лондонский аристократ. Костюм дополняли хорошо подобранные чулки, туфли из дорогой кожи и шляпа с пером, слегка наклоненным назад. Он побрился — должно быть, первый раз за неделю — и не только стал выглядеть моложе: обнаружилось, что у него красиво очерченный квадратный подбородок, подчеркивающий прекрасную форму чувственных губ.