— Федька снова нахмурился, припоминая. — Пашка Бессонов в неё влюблен, только кроме синяков другой ласки не видел. Однако отступаться не хочет. Мишка Власов тоже не прочь, да только все не решается. Маруська на него и не глядит, а он городской. Еще…
— Стоп, стоп. Ты мне про реальное что-то, а не про тех, кто слюни пускает.
— А это реальное, — возразил укоризненно Фёдор. — Вы что, девчонок не знаете? Они за секунду все могут решить-надумать. Раз — и в дамках.
— Значит, Маруська пока ни с кем не сошлась?
— Неа, Мелкая бы знала. Нина Уткова, вы ведь её знаете уже — она со мной дружит, — и без перехода, Федька, оглянувшись на Фагора, спросил: — Так мне позвать её?
— Кого это?
— Да Маруську. А то она с рассвета в засаде. И так из-за сегодняшней решебной работы ночь не спала — мне Мелкая сказала.
Капитан поднялся, стараясь не показывать удивления:
— В какой такой засаде? Далеко это?
Мальчишка почесал пятерней затылок и выдал:
— Ну, метров сорок будет.
Та-ак.
— И кого выслеживает?
— Так известно кого, — смутился парнишка, красноречиво глянув на капитана.
— Чего ж тогда… Зови уж.
Разведчик, блин. А с другой стороны, она-то — снайпер. А не просто так — погулять вышла.
— Тут я, — Маруська бочком обогнула Фагора, и, не сводя глаз с капитана, велела: — Ступай, Нах-Нах, и пса своего забери.
Василий сделал к ней шаг и протянул руку:
— Доброе утро, как спалось?
— Дак этот балабол уже сказал ведь тебе, что не спала я, — и руки за спину спрятала.
Вот ведь, не понравилось ей вчера, как он руку поцеловал! И капитану вдруг стало смешно от её настороженного вида и всей этой ситуации. И на душе сделалось легко.
Дождавшись, пока Нах-Нах отойдет подальше, он тихо спросил:
— Все слышала?
Девчушка дрогнула, но глаз не отвела:
— Всё.
— Будешь моей?
Отступила на шаг. Плохо. Не стоило так прямо — в лоб. Но теперь уже поздно.
— Не спеши, подумай. Тебе ведь доучиться надо, да и подрасти немного. Поверь, мне все равно сколько ждать.
Молчит, только смотрит своими глазищами, и что у неё на уме — не поймешь.
— Марусь! Ну хоть моргни, что поняла, а? Я ведь надолго сейчас уйду.
Девчонка вдруг судорожно вздохнула, в два шага преодолела расстояние, чмокнула, дотянувшись, в щеку, и ускользнула настолько быстро, что поймать он её не успел. Так и стоял еще минут пять в ступоре, чувствуя себя полным болваном. Правда, что уж там — болваном счастливым.
Главное, приняла к сведению. То есть, всё что мог, он сделал. Правильно, или нет — другой вопрос.
Удивился, что нет еще и шести, когда возле кухни столкнулся с поварихой.
— Давай сюды своих, — проворчала молоденькая толстушка, жестикулируя половником. — Ксаверий поснидал, через сорок минут в путь.
Поели быстро — даже будить ребят не пришлось. К его возвращению они уже полностью оделись и даже умылись, судя по мокрым волосам.
Загрузились в просторный грузовик, еще раз уточнив, что довезут их до самых боен, да покинули территорию гостеприимной школы еще до пробуждения местной ребятни.
Устроившись на ящике у задней стенки кузова, Василий все вспоминал поцелуй Маруськи, снова и снова ощущая на щеке осторожное и быстрое касание её губ. Вот как понять — было это ответом на его вопрос, или просто не захотела огорчать? Хоть и обещалась не жалеть, но с них, девчонок, станется. |