– Вот видишь! – сказала Джейни.

– Говорю – женат, – стоял на своем Билл. – На этой самой тусовщице с лошадиной мордой. Он держит ее на конюшне и выпускает в свет лишь по особым случаям – поучаствовать в скачках с другими такими же кобылоподобными созданиями. А главный приз у них… миллион долларов на благотворительные цели! И-го-го!

– Эх, Билл!.. – только и смогла выговорить Джейни.

Она позволила ему проводить ее до дома, а потом согласилась на поцелуй на крыльце. Джейни надеялась, что Воротила не подъедет как раз в это время, это вообще было маловероятно – он приезжал в Хэмптон только по уик-эндам.

– А теперь уходи, – велела Джейни после того, как они немного постояли вместе.

– Ну, Джейни, – не унимался Билл, продолжая осыпать поцелуями ее лицо. – Позволь мне снова стать твоим возлюбленным. Если ты можешь спать с Воротилой Дибблом, то наверняка сможешь и со мной.

– С чего ты взял, что я сплю с Воротилой Дибблом?

– Он такой урод…

– К твоему сведению, он самый одаренный по части секса мужчина из всех, кого я встречала в жизни, но тебе это знать не обязательно.

– Нет, мне вас, женщин, никогда не понять, – сказал Билл.

– Прощай, Билл! – бросила Джейни.

– Ну когда мы увидимся снова? – продолжал канючить Билл.

Джейни ткнула его в грудь указательным пальцем и заявила:

– Только если ты поможешь мне со сценарием.

– А о чем ты там пишешь?

Она уже собралась войти в дом, но обернулась к Биллу и спросила:

– А ты-то сам как думаешь, о чем?

– Не знаю.

– О себе самой!

Закрыв затянутую москитной сеткой дверь, Джейни бросилась на тахту. Ее разбирал смех. Она набрала номер Воротилы и надиктовала ему на автоответчик весьма сексуальное послание.

Это лето обещало стать лучшим в ее жизни.

VII

В уик-энд, который пришелся на Четвертое июля, Патти объявила, что они с Диггером собираются пожениться. Эту новость поместили во всех газетах. И вот Джейни сидела на отделанной под старину кухне в доме на Парсонэдж-лейн, где жила Патти, и, борясь с чувством зависти, читала вырезки из газет. Патти и Диггера немедленно нарекли «самой новой парочкой» нового тысячелетия. Вот, мол, какие они – красивые (что, по мнению Джейни, было явным преувеличением в отношении Диггера), одаренные, известные и богатые. И еще там писали о том, что оба они происходят из «нетипичной» социальной среды. И конечно же, не забыли упомянуть, что им еще нет и тридцати.

– Ты только посмотри, – сказала Джейни, перелистывая страницы раздела светской хроники в «Нью-Йорк таймс», где была помещена статья на две полосы (с цветными фотографиями Патти и Диггера) об их карьере, стиле жизни, а также о том, с кем они проводят время и какие заведения посещают. – Можно подумать, они никогда до этого не слышали, что люди женятся.

– Просто какое-то безумие. Согласись, – сказала Патти. – Особенно если учесть, до чего же Диггер любит подурачиться.

Она выглянула из окна и с любовью посмотрела на жениха, который носился вокруг бассейна в темных очках и набедренной повязке – скорее всего это было кухонное полотенце. Как и положено, он разговаривал по мобильнику и дымил сигаретой без фильтра. «Вид у него, как у больного цингой», – подумала Джейни, хотя больных цингой отродясь не видела. Наверное, это из-за крошек табака – они постоянно застревали у него между зубами.