Ещё плюсик… наверное, всё же плюсик — это то, что у них в доме поселился замечательный сосед, на трубе не играет, зато учит Коську зелееварению и начаткам греческого, сам так себе эллинист, но лучше знать немного, чем не знать вовсе. А теперь ещё они вместе с братом Константином у княжьего лекаря совершенно безвозмездно и латынь изучает, тот тоже не самый главный в мире полиглот, но то же самое, лучше немного выучить латынь, чем не знать её. Сейчас все книги доступные в Европе либо на греческом, либо на латыни. А книга, как у них написано было в коридоре школы на первом этаже — это источник знаний.

Четвёртый плюсик — это работник Сашка. Парень не соврал, он в самом деле умеет доить коз. И теперь этим занимается утром и вечером. В сумме с десяти коз получается в разные дни от пятнадцати до двадцати литров молока. Тут уж пани Валенса не соврала, не соврамши, одна коза, по имени Егоза, вообще, регулярно давала больше двух кувшинов молока, а в кувшине больше литра точно.

Молоко пили, делали омлеты и варили творог пока. Закваску взяли у матери Сашка. Пока всё это вчетвером съедали. Дядьке носили два раза в день молоко парное и творога целую кринку. Так он скоро растолстеет. Тренироваться же сейчас не тренируется, целыми сутками напролёт у ворот стоит или сидит.

Зато такая белковая диета начала и Коську с Сашкой чуть в человеков из скелетов превращать. За неделю не сильно заметно, но по Сашку Касьян видел, что и румянец на щеках играть стал и впалые щеки чуть округлились. Так год другой и богатырями станут.

По сыру пока ничего не ясно. Ягнёнка им принесли и отдельно этот самый сычуг, в виде такого продолговатого шарика надутого, тоже. Он при передаче сдулся и Касьян заставил убийцу ягнят снова его надуть и завязал. Сейчас висит на сеновале сохнет. Коська его по два раза в день осматривает, но в пергамент тот ещё не превратился. Хотелось бы уже попробовать. Тем более, что две чашки — формы Никодим уже принёс. Остальные обещает на седмице выдать на гора.

Плотник целыми днями от зари до зари у них стучит топором. И есть прогресс. Турник уже готовый стоит. Коська с Сашком на нём утром и вечером до выпадения в осадок подтягиваются. У Коськи прогресс на лице, сорвался и поскользнувшись при падении рухнул мордой в песок, который насыпали под турником. Рожицей шваркнул о песок и содрал кожу немного, сейчас короста на полщеки, Язеп залечил, и брат Константин мазью намазал. Быстро заживает. А сорвался он, когда на рекорд пошёл. Сорок третий раз из себя вымучивал.

Кроме турника Никодим и подвал почти закончил. Лестница готова. Пол плотник тоже застелил в подвале. Теперь стены заканчивает. Сам он уже закончил бы, держат две вещи, бригада плотников, чтоб её, выдаёт доски очень незначительными партиями. Ну и мох подвозят по половине подводы в день. Зато всё это стабильно поставляется. И это даёт уверенность парню, что ещё пару недель и подвал для сыра будет готов. К тому времени и сычуг высохнет. Так что Касьян на плотника не давит, не бегает вокруг него и не поторапливает. Пару дней ничего не решают.

Есть ещё один плюсик. Не так, сегодня вечером этот плюс нарисовался. Из Полоцка приехало восемь подвод. Кроме подвод ещё и два всадника прикатило. Это купец Тверд прислал сына на учёбу. Сын Коську на год почти старше, ему через полгода пятнадцать стукнет. Но ростом и габаритами он как раз с учителя будущего. Чернявый такой хлопец ростом метр пятьдесят пять где-то, с карими глазами и небольшими пробивающимися уже усиками над верхней губой. Хлопец не богатырь. Обычный парень, единственным отличием от любого деревенского недоросля — это то, что батянька нанял ему в учителя приехавшего с ним дядьку Отто. Он из Риги. Служил там в страже городской, но проштрафился из-за чего-то и был выгнан из города. Вот и нанялся в охрану каравана к Тверду. Тот как раз в Ригу за тканями приехал. А по прибытию в Полоцк Тверд приставил Отто к сыну, чтобы он его учил на мечах и алебардах биться и стрелять из арбалета и лука.