— Нет, — это парень теперь на первый ответил. Ну, наверное, слишком лаконично. Круче царя Леонида.

— Чего нет? Стоять говорю. Глухой что ли? — ещё шаг сделал зелёный. При этом Коська все десять прошёл, расстояние немного, но увеличилось.

— Нет, — а это ответ на вопрос третий, он точно не глухой, раз отвечает этому любопытствующему субъекту. И тут Коська решил просветить хроноаборигена и ответить ему на «Главный вопрос жизни, Вселенной и всего такого», — Сорок два.

Событие сорок седьмое

Нет не пошла Москва моя к нему… Коська ускорил шаг, может прокатит и отстанет зелёный от пацана. Шаг, ещё. И тут позади загромыхало. Мужик в сапогах стучал по утоптанной земле, решил догнать паршивца, сволочь эдакая. Чего, вот, надо? Чего докопался на ровном месте?

Обходя этого зелёного, Коська себе успел и сам с десяток вопросов накидать и главный был, а этот персонаж за наших или за немцев? Но теперь выяснять было поздно. Теперь либо бежать, либо… бежать. Не оговорка. Можно было бежать мимо конюшни к гридницкой с той стороны, где ворота и можно с той, где глухая стена. Там ландшафтный дизайнер покреативел, как этот стиль называется, когда ландшафт не приукрашают, а оставляют первозданным? Натургарден? Этот был на сто процентов натургарден. Там выше человеческого роста стояли лопухи двухлетние с созвездием репьём. И стояли так густо, что протиснуться между ними мог только худосочный эльф. Как его красивый новенький тёмно-синий кафтан будет выглядеть после того, как он эту стены репьёв преодолеет, Коська без содрогания и представить не мог. И главное, что когда он эти репьи отдерёт, если жив останется, то таким красивым кафтан уже не станет, не останется. Шёлк, ну, атлас весь будет в зацепах. Жалко. И красивый, и стоит как дом в деревне, вместе с хозяевами.

— Ссука! Ходют тут всякие! — побежал пацан к той стороне, где ворота.

Где этому зелёному угнаться за тренированным парнем. Он дальше нужника не бегал. Хотя… Нет нужников. Дальше вот той рябины не бегал. Шаги стали отставать, и тогда дядька любознательный решил закричать.

— Стас, Фёдор! Стас! Ловите его!

Коська ни Стаса, ни Фёдора не видел. Он пролетел уже пару калиток и половину конюшню, а впереди никого не было. Только в стороне у коновязи возились с лошадями конюхи. Жаль, но именно среди них и находились эти Стас с Фёдором. Услышав крик, они сначала стояли и головами крутили, и у парня уже надежда мелькнула, что пока они поймут, чего ловить, он проскочит мимо. Да уже почти проскочил…

Хрен там. Мужики, наконец, увидели бегущего пацана и двинулись наперерез. Им до него метров десять, а Коське до этого «перереза» все двадцать пять. Правда, если взять вплотную к конюшне, а не по прямой бежать, то расстояния почти сравняются. Парень взял правее и ещё ускорился, хоть ноги быстрее в тяжёлых сапогах кавалерийских и не хотели этого делать. Требовали переобуть их в «адибасы» китайские хотя бы. Конюхи манёвр не распознали сразу и теперь перестраивали навигаторы. Попробуй на полном ходу развернись на девяносто градусов.

— Стас! Держите, уходит! — совсем вдалеке уже прокричал зелёный.

Касьян видел, что конюхи не успевают и уже примеривал лавровый венок олимпийского чемпиона по бегу в сапогах, когда из последних ворот стали выводить огромного в яблоках жеребца. Вели его под уздцы два сразу конюха и один из них, тот что ближе к Коське сразу стал головой вертеть, пытаясь понять, кто тут и за чем бежит. А позади ещё один шествовал. Обложили, демоны.

И Коська решил сыграть на опережение.

— Бежим, там батюшку убивают! За мной! — И пронёсся прямо под носом у вставших конюхов. У тех пока зажигание ещё не сработало. Не бросать же княжеского любимого жеребца? А там батюшку бьют? Да, слыхано ли такое⁈

— Иван, ловите мальца! — зелёный опоздал.