-  Ну и дела! - воскликнул Лева. - Среди нас две невесты великого волшебника.

    Мне захотелось чем-нибудь его треснуть.

    -  Попридержи язык! - сказал Вольф.

    -  Так! Похоже, нам и здесь не дадут спокойно поесть, - Лева кивнул на окно, в котором показалась группа конных стражников, дефилирующих по площади. - Придется заблаговременно повторить вчерашний маневр

    -  Береженого Бог бережет, - согласился Вольф. - Давайте-ка все на крышу.

    Перестраховавшись, мы заранее выбрались на крышу через слуховое окно и стартовали оттуда. Стражники, задрав вверх головы, заметили нас и, указывая пальцами и саблями в небо, поскакали вслед. Конечно, на лошадях за нами не угнаться. Но дело в том, что на горизонте показалась черная точка. Она стала увеличиваться, и без сомнения это был ковер-самолет, возможно более мощный, чем наш, поскольку разрыв между нами явно сокращался. Лева зарядил дробовик.

    -  Подпускаю ближе и стреляю в пилота, - сообщил он.

    -  А осечки не будет, как вчера в долине? - усомнился Вольф.

    -  Не должно.

    Я снова припомнил, что произошло с головой людоеда, и мне опять стало не по себе. Все-таки стражники люди подневольные и они ни в чем не виноваты. И даже если принцесса вернется к отцу, для нее это не смертельно, а чтоб сделать ей благо - так лучше помешать Бэдбэару жениться на ней. Все-таки убийство преследователей - не самый достойный выход из положения.

    Однако обладателями огнестрельного оружия были не только мы. И стрелять первыми не мы начали. Очевидно, приказ был доставить царевну хоть живой, хоть мертвой, стреляли явно на поражение. А то, что не попали - лишь счастливая случайность, да и расстояние для точной стрельбы еще слишком большое.

    Сосредоточив все внимание на преследователях, мы не заметили еще одну черную тень, которая приближалась к нам все стремительнее, а обнаружили ее первыми как раз не мы, а наши противники и, круто развернувшись, дали стрекача. Мы же сделать этого уже не успевали. Распластав огромные кожистые крылья в планирующем полете, трехголовый ящер зашел снизу. Я попытался сделать резкий маневр вправо-вверх, но птеродактиль оказался проворнее. Один взмах крыльями - и мы на его широченной спине, причем ковер как бы прилип к телу гиганта как наэлектризованный свитер.

    -  И что теперь? - спросил кто-то, даже не помню кто.

    -  А ничего, - Вольф как всегда проявил мудрую рассудительность. - Будь, что будет. Не прыгать же с такой высоты! Расслабьтесь!

    И мы расслабились. Катька прижалась ко мне, шемаханская царевна - к Вольфу, Лешек и Лева съежились, укрываясь от холода и ветра. Ящер летел очень быстро, а движения его были размеренны и ритмичны. Четыре взмаха крыльями, при которых нас бросало вверх-вниз как на батуте и захватывало дух, потом двадцать секунд свободного парения. Так он, видимо, экономил силы. Иногда ему удавалось поймать восходящие потоки и тогда, расправив крылья и чуть наклонив корпус вперед, он мчался как серф на волне. Все три головы его были вытянуты вперед, он ни разу даже не оглянулся на свою добычу. Интересно, он говорящий?

    -  Эй, ты! Куда ты нас тащишь, мерзкая рептилия?! - крикнул я, пытаясь переорать шум ветра.

    Ответа не последовало.

    -  Очевидно, он обиделся на "рептилию", - предположил Лева.

    -  Держу пари, что он тащит нас к Кощею, - сказал Вольф.

    -  Судя по курсу, типа того, - согласился Лешек.

    -  Опять к Кощею! - воскликнула Катька протяжным недовольным тоном.