-  Больно же, дурак!

    Ага, завопила!

    -  Кто тебя подослал, говори!

    -  Никто! Отпусти, больно!

    -  Бородатый, в лохмотьях? - я еще сильнее потянул ее гриву. - Ты должна меня соблазнить, а я за это подарить тебе амулет Золотого Льва?

    Русалка разрыдалась.

    -  Он мою мать взял в заложницы! Он ее убьет, если я утром не принесу!

    -  Тьфу ты, твою мать! - невольно вырвалось у меня. - Ладно, не реви. Что-нибудь придумаем. Утро вечера мудренее, как говорят. Иди спать. Где вы, русалки, обычно спите?

    -  На деревьях.

    -  Вот, лезь на дерево и спи. Освободим твою мать. В крайнем случае, убьем этого подонка.

    * * *

    Утро выдалось безрадостным и хмурым, что было очевидно даже сквозь полог палатки. В палатке я был не один. Не ушла, что ли? Впрочем, нет - это Лева тихонько похрапывает, я так крепко спал, что даже не услышал, когда он забрался в палатку. Будить, не будить? Ладно, пусть еще немного поспит. Я выбрался наружу. Небо затянули плотные облака, было зябко, даже парило изо рта. Но от костра доносились вкусные запахи, это Вольф уже бодрствовал и готовил свой фирменный завтрак - жарил на вертелах двух зайцев.

    -  Слушай, - хитро подмигнул он мне. - Что ты там с ней вытворял, чего она так орала?

    -  Да ничего особенного, проводил воспитательные беседы на моральные темы, а заодно работал инквизитором. Знаешь, для чего была устроена вся эта давешняя вакханалия?

    -  ???

    -  Чтоб я ей амулет вождя краснорожих подарил.

    -  Деваха красивая, она того стоит… - закатил к небу глаза Вольф. Но тут же опомнился. - Что ты сказал?!

    -  Вот именно. Даром на этой планете ничего не бывает. Но что самое поганое, Светкина мамаша в заложницах у этого мерзавца. Я имею в виду того толмача из племени дикарей, помнишь? Людоеда-то он подговорил. И когда от Емели шли, это он ко мне приставал. Ему позарез нужен этот амулет, он и пускается во все тяжкие. Слушай, надо что-то сделать, я ей пообещал.

    -  Разберемся. Мальчики, девочки! Подъем! Завтракать!

    С деревьев, словно груши, ссыпались Машка, Дашка, Галина и Светка. Собственно, кроме Светки, я даже не знал, кто из них, как говорится, кто. Поодаль зашевелилась куча сухой листвы. Из-под этого вороха появились Лешек и, очевидно, Эльвира. Оба хмурые как нонешнее небо над головой. Да и вообще, в атмосфере чувствовалась некоторая тревога и напряженность. Кто с бодуна, кто от навалившегося груза проблем, но все были грустны и молчаливы. Завтрак прошел в гробовом молчании, а после трапезы русалки вопросительно посмотрели на меня.

    -  Короче, сделаем так, - сказал я. - Где он ее держит?

    -  На том берегу озера. Почти у воды.

    Я из укрытия просканировал противоположный берег через подзорную трубу. Ага, вот и он, наш знакомый толмач, сидит около воды, в руках ружье, вглядывается в наш берег. А вон и седая русалка привязана к дереву прямо в этой, как ее, моноласте.

    -  Гад! Он что, всю ночь держал ее привязанной к дереву?

    -  Нет, - ответила Светка. - Вчера он велел ей влезть на дерево, а сам сидел внизу с мушкетом и караулил.

    -  Все равно - гад!

    -  Короче, сделаем так. Вольф, ты у нас лучший кавалерист, тебе и быть спасателем. А я подстрахую с пистолетом. Если что, возьму грех на душу, застрелю эту сволочь.

    -  Может сразу так и сделать?

    -  Нет.