— Мальчик мой…

— А полковник не приревнует? — шутливо ответил я, внутренне млея от такого проявления чувств.

— Полковник тебя поить собирается, пока всё вино с коньяком в столице не закончатся. Как мы переживали! Катька с Анькой по ванне слёз из себя исторгли. Глашку внизу наручниками пришлось приковать к рулю, чтобы следом не попёрлась. Бандиты твои из Чистильщиков каждый час звонят… Причём каждый по отдельности! Уже послать их хочется, но, как благодарная за спасение особа, держусь.

— А Такс?

— Лежит. Успешно оклёмывается. И очень скучает. Прикинь, почти не ест ничего — только из Глашиных рук немного.

— Передай, что я тоже всех люблю. Могла бы и их с собой захватить.

— Да к тебе попасть труднее, чем во дворец! — возмутилась Юлия. — Но меня никто не остановит! Кишка тонка!

— Зная тебя, уверен, что не только благодарственные обнимашки на уме.

— Верно, Макс, — понизив голос, ответила она. — Разговор серьёзный и не для этих стен. Только… Помнишь, как я однажды намекала на то, что ты бы нашему Роду подошёл? Подумай ещё раз про это. Серьёзно подумай. Потом времени не останется.

— СБ воду мутит? — догадался я.

— Не только. Я прикрою как смогу, но лучше это сделать на законных основаниях.

— Графиня Достоевская, — прервала её вошедшая в палату врач. — Обещанные «пару минуточек» закончились пару минуточек назад. Сейчас больному нужен полнейший покой и минимум контактов.

— Ухожу… Ухожу… А ты, Макс, думай!

* * *

Друзья! Сейчас навалилось столько на основной работе, что почти нет времени писать книги. Поэтому (надеюсь, временно) перехожу на график выкладки Понедельник-Среда-Пятница. По возможности буду выкладывать и внеплановые проды — подписывайтесь на книгу и автора, чтобы не пропустить их.

Спасибо за ваши лайки и награды! Я очень ценю их!

Глава 19

Врачиха не обманула. Ровно через два дня стоял у выхода из госпиталя, глядя на затянутое облаками небо. Но даже его серость и мелкий, моросящий дождик не портили настроение — это всяк лучше, чем скучать на больничной койке, не зная, чем себя занять.

— Пойдём, гроза Дыр! — шутливо ткнула меня в бок встречающая Юлия. — А то сейчас Глашка прямо на лимузине по ступенькам поедет. Не испытывай её терпения.

— Так, я вроде не у вас сейчас столуюсь?

— Столуйся где хочешь, но сегодня ты мой и полковника. Ребята на учёбе в Военной Академии. Вчера все трое успешно были зачислены в неё, и пропускать первый день негоже. Твои Чистильщики дежурят, поэтому поговорим в спокойной обстановке, а завтра расслабитесь шумной компанией. Дато по случаю твоего выздоровления со всем грузинским размахом застолье намеревается провести.

— Ох, бедная моя печень… — неискренне вздохнул я, мысленно потирая руки от предвкушения.

— Наша печень! — поправила Юлия, всё правильно поняв. — Я тоже не откажусь её посадить.

Как только я забрался в лимузин, Глашка сразу же спросила, дав по газам и отчаянно сигналя:

— Вылечили? Подыхать по дороге не собираешься?

— Как новенький! Сама-то как себя чувствуешь?

— Плохо. Морду набить этому Йети хочется. А так: прямо как движок внутри «откапиталили». Это… Слепошарый! Самокат купи и дома на нём езди! — на секунду отвлеклась она на зазевавшегося водителя, высунув голову в окно. — Свободна от всякой навязчивой хрени. Спасибо тебе.

— Таксу спасибо скажи. Без него не справились бы.

— И ему тоже. Но блохастый такой зануда, когда болеет. Дала б по унылой рыжей морде, но жалко почему-то.