— Ты слишком нагл и заносчив даже для потомка Горо Кирью, — помрачнел мужчина, вставая в незнакомую мне стойку, — Это нужно из тебя выбить, хотя бы ради того, чтобы ты пережил следующий год!

Кажется, меня сейчас будут бить. Я встал боком и поднял руки, прикрывая локтями ребра. Больше ничего на ум не приходило.

О кемпо я знал немногое, лишь то, что это чрезвычайно гибкая школа боевых искусств с очень большим арсеналом, в котором есть, по сути, всё, кроме борьбы в партере. Следовательно, единственным моим шансом на хоть какой-то позитивный результат было начать атаковать противника, не дав ему получить о себе достаточно информации.

Поэтому, не дожидаясь этого Кабакири, я тут же применил тот же приём сближения, который использовал для сближения с противником в своем первом бою — горизонтальный прыжок. Правда сейчас нужно было идти на риск, поэтому я начал проводить двойку быстрых ударов до того, как приземлился. Оба удара пришли в скрещенные руки мужчины, которыми он закрылся, и вот тогда я допустил ошибку — попытался дополнить комбинацию коленом под ребра.

Он подбил мне опорную ногу, одновременно толкнув так, что свалился я метра за полтора от него.

Вскочив, я досадливо поморщился. Эффект неожиданности полностью утерян, противник боеготов, опытен, его физические кондиции превосходят мои, он провел разведку. Наихудшее сочетание.

— Неплохо… — процедил Кабакири, — Еще что-нибудь покажешь?

— Нет, — я внимательно следил за тем, как он двигается.

— Тогда моя очередь! — после этих слов он резко прыгнул вперед похожим на мой способом.

Два удара ногой в корпус были почти нежными, даже медленными, но я не смог их ни блокировать, ни успеть зацепить чужую ногу. Попытку контратаки с левой руки Кабакири отвел, а затем уже влепил удар посерьезнее, вынуждая мои потроха взорваться от боли. Этим коротким тычком под ребра меня аж подкинуло в воздух. Не успев разогнуться, получил еще удар внутренней стороной стопы по голове, от чего меня повело к краю ринга.

Паскудно, думал я, ловя вертолетики. Полторы секунды на одну атаку и уже почти всё.

— Я экономлю тебе время, Кирью… — донеслось откуда-то сбоку.

И на этом спасибо. Уверенность, что следующая атака этого Норио будет знаменовать окончание боя не в мою пользу, я сосредоточился не на том, чтобы прийти в себя и восстановить боеспособность, а на попытке нанести удар. Ноги у меня длинные, каблуки твердые, владение собственным телом на уровне, который никому из местных не приснится даже в самой большой и красивой мечте…

Норио сдвинулся…

…и я ударил, выбросив вперед ногу с упором на пятку так, чтобы попасть нападающему в нижнюю часть брюшины. Крайне опасный удар со смертельными последствиями для обычного человека, но он же единственный способ завершить этот бой удовлетворительно.

Не попал. За ногу дёрнули, выкрутили, протянули, отрывая меня от края ринга, а затем… взяли на болевой.

Было больно. Кабакири аккуратно, но с полным дефицитом гуманности выкрутил мне конечность, одновременно завалившись на мою спину, полностью блокируя попытки хоть как-то выкрутиться.

— Признаешь проигрыш? — холодно спросил он.

— Признаю, — не менее холодно ответил я.

Человек замолчал, не делая ни малейших попыток освободить меня от захвата. Я терпеливо ждал, размышляя о том, насколько будут повреждены мышцы и связки.

— Тебе что, не больно?

— Мне больно. Вы снова тратите моё время?

В целом, позиция была довольно удачной, если бы мне нужно было бы непременно причинить вред этому человеку. Каким бы мастером и насколько бы могущественным «надевшим» он ни был, вряд ли существуют методики, способные усилить веки и глазные яблоки. А они находятся довольно близко… если пожертвовать ногой.