Определенно Мишель Льюис стоила того, чтобы познакомиться с ней поближе. И он обязательно это сделает.

Подходя к дому Грейнджеров, Ник остановился на полпути при виде картины в окне одной из комнат. Картины, которая затронула его душу и пробудила давно забытые чувства.

Мишель и Келси сидели на диване, уютно прильнув друг к другу. Одной рукой Мишель прижимала его дочь к себе, на коленях у нее лежала раскрытая книга. Обе мирно спали.

Эта сцена окончательно убедила Ника в том, что Мишель была особенной. Она заслуживала огромного уважения, и он докажет ей, что его намерения на ее счет честны. И начнет прямо сегодня.

Нику не хотелось их будить, но у него не было выбора. Он тихо постучал в дверь, надеясь, что Келси не проснется. Через несколько секунд послышались приглушенные шаги, и его внезапно охватило приятное волнение.

Дверь приоткрылась, и на пороге появилась Мишель.

— Вы уже вернулись? — удивленно спросила она, протирая глаза.

— Да. Мне хватило двух часов похлопывания по спине и светской болтовни.

Фыркнув, Мишель откинула назад прядь волос. Даже со съехавшим набок конским хвостом она выглядела обворожительно.

— Двух часов? Сколько сейчас времени?

— Начало одиннадцатого.

— Правда?

— Да. Можно я войду?

Ее щеки покраснели, и она попятилась назад. Ник не мог оторвать от нее глаз. В поношенной одежде, с еле заметным макияжем и растрепанными волосами она казалась ему более привлекательной, чем все женщины с сегодняшнего банкета — в элегантных нарядах и с натянутыми улыбками.

Они прошли по коридору, и Ник, заглянув к комнату для гостей, обнаружил, что Мишель переложила Келси на кровать и укрыла ее мягким пледом.

Когда они оказались на кухне, Мишель повернулась и спросила:

— Хотите печенья? Мы оставили для вас немного.

Ник посмотрел на тарелку с выпечкой, стоящую на столе. Он умирал от голода, но ему совсем не хотелось печенья. Он хотел Мишель. Но все же сумел умерить этот аппетит.

— Да, спасибо. У вас есть кофе?

— Сейчас сварю. Мне самой понадобится большая порция кофеина, чтобы не уснуть за работой.

Ник начал убеждать ее в том, что ей нужно лечь в постель и немного отдохнуть. Про себя он решил, что обязательно разовьет эту тему позже. Ему не хотелось испортить их отношения, которые только начали налаживаться.

Пока Ник ел печенье, Мишель вставила фильтр в кофеварку и полезла за чем-то на одну из верхних полок. При этом ее футболка задралась, продемонстрировав упругие ягодицы, обтянутые джинсами.

Она достала банку с кофе, насыпала немного в фильтр, а затем взяла стеклянную емкость.

— Как ваша подруга отнеслась к тому, что вы так рано ушли?

Похоже, она ничего не поняла.

— У меня нет подруги.

— Правда?

— Вас это удивляет?

Наполняя емкость водой, Мишель бросила на него взгляд через плечо.

— Да.

— Я же говорил вам, что мне никто не нужен, кроме вас. — Ник подошел ближе. — Почему вы сомневались в серьезности моих намерений?

Мишель пожала плечами.

— Ну, учитывая репутацию, которой вы пользуетесь у женщин, я предположила...

— Никогда ничего не предполагайте насчет меня, Мишель, — сердито произнес Ник. Его раздражало, когда кто-то говорил ему о его так называемой репутации.

Включив кофеварку, Мишель повернулась к нему.

— Простите, я не хотела вас обидеть.

Ник не собирался обсуждать с ней сегодня эту тему, но она должна была поверить, что он вовсе не легкомысленный плейбой, каким его все считали.

— После развода я встречался с несколькими женщинами, но наши отношения не заходили слишком далеко.