— Да–да, — у Кормака закралось подозрение, что эти двое были модификантами.

По крайней мере, обычному человеку было бы сложно согнуть пальцами стенки бочки из металла толщиной больше милиметра!

— Давай, считай!

— Айн, цвай… — перед тем, как сказать «драй» Гай поймал удивленный взгляд Кранца.

Да что не так с этим айн–цвай? Ну, счет, ну на языке альтрайтов… Нужно или выяснить, или отвязываться от этой искусствено приобретенной привычки…

Всё–таки победил Штерн, но на этом они не угомонились:

— Гай, ты, я смотрю, вон какой здоровый! Нам тут еще торчать несколько часов, давай по разам, а?

— Что давай? — удивился Кормак.

— Ну, раз на раз! Бокс! По классическим правилам, без ног, захватов и всего такого! Меня уже задолбало молотить эту псину, а Джипси уже нашел себе спарринг–партнера на ближайшее время…

— Э, кто кого еще молотит, свиная жопа! — возмутился Кранц.

— Эй, что значит на «ближайшее время»! — возмутилась Франческа и гневно воззрилась на Джипси, хотя брякнул глупость вообще–то Штерн.

Гай замялся, и его поняли превратно:

— Да ты не бойся, это же тренировка! — Кранц покровительтсвенно похлопал его по плечу. — Мы осторожно!

— Ребята, я просто боюсь вас травмировать, если честно…

— О–о–о-о! — совсем оживились ребята и потащили его в противоположный угол ангара — туда, где они оборудовали ринг.

Гай беспомощно огляделся в поисках поддержки. На крыше транспортника Мич в боксерской стойке прыжками перемещался туда–сюда, верхними лапами имитируя бой с тенью. Ну и что ему оставалось делать?

— «Не сбавляй обороты» — говорили они. Два модификанта — это сбавляй или не сбавляй? — вслух думал Кормак, затягивая липучки перчаток.

25

— Маневр уклонения, второй пилот!

Тяжелый транспортник вильнул кормой, пропуская солидных размеров каменюку и вернулся на заданную траекторию. Обломки поменьше срикошетили о защитное поле, улетая бороздить просторы вселенной.

— Загрузка щитов — сорок два процента! — отрапортовал Гай.

— Та–а–ак! — Иоахим фон дер Бодден склонился над клавиатурой, внося изменения в курс. — Выдержим! Нам тут осталось–то каких–то пару сотен километров…

Гай хмыкнул. Пару сотен! Насыщенность пространства кусками льда и горных пород продолжала нарастать. Чем ближе к ядру кометы и, конечно, к «Кашалоту» — тем сложнее им приходилось.

— Что там с коллегами?

— Коллеги отваливаются один за другим. Сейчас в деле мы, Завиша Чарный на своём «Крыжаке», Чичеруаккьо на «Агарико» и наемники Вестингауза. Но эти тоже отвалятся — их «Толстяк» не потянет! А–а–а, мать, второй пилот!!! — Иоахим увидел огромную глыбу, которая с бешеной скоростью приближалась к транспортнику. — Глаза разуй!

— Спокойно, спокойно, капитан! — Гай повел штурвал в сторону, добавил мощности маневровым по правому борту и включил–выключил форсаж.

Основные дюзы плюнули синим пламенем, пыхнули плазмой маневровые и корабль как бы оттолкнулся от поверхности гигантского астероида, и подкорректировав курс устремился вперед — к ядру.

— Тьфу! — сплюнул фон дер Бодден. — Но маневровые на триста шестьдесят — это отличная идея, да?

— Яволь! — ответил Гай. — Главное, чтобы топлива хватило и реактор не сдох,

— Сплюнь!

— Вам бы только плеваться! Лучше штурвал возьмите, у меня от этих двухчасовых кульбитов уже шея болит и задница затекла.