Она быстро отвела глаза и принялась рассматривать мох и лишайник, которые покрывали старые ясли. Она пыталась успокоиться, как будто никогда не слышала злых слов Катрин, не видела их вместе.

— Игра окончена! Пора обедать! — Голос Мэтью звучал, как всегда, замечательно, заставляя сердце Джози биться чаще. — Джози?

Она заставила себя взглянуть на него и улыбнуться.

— Да. Было бы очень кстати.

— Катрин? — Мэтью оглянулся назад. Джош и Эбби кидались пучками соломы, а Катрин стояла рядом с отсутствующим видом. — Ты пойдешь с нами?

Она вышла. К ее длинным стройным ногам кое-где прилипла солома.

— Куда? — спросила она, слегка улыбаясь.

— Обедать. — Мэтью сел рядом с Джози на ясли, но не пытался обнять ее и смотрел только на Катрин. — Или у тебя другие планы?

— Да, пожалуй. — Что-то в Катрин переменилось, не только улыбка, сама манера держаться.

Джози забеспокоилась. Слишком большой контраст с ее прежним состоянием.

— Вообще-то мне нужно переодеться, а то я опоздаю. Вот только попрощаюсь с Эбби и Джошем, — сказала Катрин.

Джози смотрела ей вслед, ничего не понимая.

— Проголодалась? — Мэтью с улыбкой повернулся к Джози.

— Немного.

— Только немного? А я умираю с голоду. — Он поднялся и потянулся, широко раскинув руки.

— Это от работы, — тихо ответила Джози. Ее взгляд медленно скользил по его мужественной фигуре. — Завтра утром у тебя, наверное, будут болеть все мышцы.

— Думаешь? Не хочешь остаться и убедиться в этом?

— Я уже говорила тебе, это плохая идея! — Джози поняла, что ответила резче, чем хотела, но все ее тело дрожало от напряжения.

Она чувствовала смущение и неуверенность. А ведь она уже привыкла к чудесному ощущению счастья. Джози захотелось плакать.

— Вообще-то я думаю уехать сразу после обеда.

— Почему?

А действительно, почему?

Лицо Мэтью было серьезно, он наблюдал за ней. И на этом лице отражалась такая страсть, что не обращать на нее внимания Джози не могла. Она старалась не смотреть на Мэтью, но он подошел к ней вплотную и приподнял ее лицо за подбородок твердой рукой.

— Скажи мне, — приказал он.

— Сказать что? — прошептала Джози.

— Почему ты снова стала такой несчастной.

— Нет. Просто… — Джози боролась с собой, чувствуя угрызения совести. Она хотела сказать ему, что видела их с Катрин в сарае, но сразу отказалась от этого. Что она может сказать? Ничего разумного. — Я подумала… — А о чем она подумала? Что они были любовниками? Но если это и было, то давно, разве не так? Все это — лишь ее страхи. Почему бы просто не признаться себе в этом?

Джози вздохнула. Если она даст волю таким мыслям, она просто сойдет с ума. Катрин и Мэтью вдвоем в этом доме. И она, очевидно, далеко к нему не равнодушна.

— Ты знаешь, что я хочу заняться с тобой любовью, — прошептал Мэтью. — Очень хочу. Разве это такое уж преступление?

От волнения все тело Джози затрепетало. Звук его голоса, прикосновение его рук — и вот она уже не в силах думать ни о чем другом.

— Кажется, ты не уверена. Ты не отвечаешь. — Тон Мэтью стал немного резким.

— Нет, я…

— Я ухожу! — послышался голос Катрин. — Всем до свидания!

— Желаю повеселиться! — Мэтью не сводил глаз с лица Джози. — Так ты не скажешь мне, что тебя беспокоит? — спросил он тихо.

— Ничего. — Джози покачала головой.