Он въехал во двор низкой, побеленной известкой гостиницы, где привязал лошадь. Недалеко от нее пологий травянистый берег вел на песчаный пляж.

— Вот здесь мы обычно и устраиваем пикники, — пояснила миссис Прайс.

Она выложила на скатерть жареных цыплят, паштет, бутылку домашнего вина из ревеня и хрустящий каравай хлеба, а еще деревенский сыр и масло, фруктовые тартинки и крем.

Во время еды они наблюдали за рыбаком на дальнем берегу бухты. Казавшийся крошечным, он выкапывал из песка наживку для рыбы, а неподалеку от него на песке лежали лодки, опрокинутые вверх дном.

— После еды обойдем ради прогулки бухту, — предложила миссис Прайс. — Вдоль нее по самому краю тянется каменистая дорога.

Закончив еду, они побрели по берегу у самой воды, минуя валуны, густо оплетенные коричневыми или изумрудно-зелеными водорослями. Шарлотта шла с миссис Прайс, которая опиралась на сложенный зонтик и внимательно смотрела под ноги. Вскоре они отстали, а Марк и Дерина ушли далеко вперед.

— Это я, старуха, так вас задержала, — виноватым тоном произнесла миссис Прайс. — Вам следовало бы идти с молодыми людьми.

Шарлотта вежливо возразила, и в этот момент Дерина украдкой оглянулась и удовлетворенно улыбнулась. Таким шагом миссис Прайс и Шарлотта никогда их не нагонят!

Тоже посмотрев на отставших, Марк остановился:

— Нужно их подождать.

— Может, просто пойдем помедленнее, — предложила Дерина. — И у того коттеджа подождем их.

Поскольку это показалось Марку более разумным, чем стоять и просто ждать, он согласился, не заметив, что Дерина и не подумала замедлить шаг.

Дойдя до коттеджа, они обнаружили, что он заброшен, однако из глубины дома доносилось жалобное мяуканье. Через крошечное квадратное окошко, затянутое снаружи ежевикой, а изнутри паутиной, им удалось разглядеть отощавшую черную кошку.

— Как она туда попала? — удивилась Дерина. Пожав плечами, Марк сказал:

— Может, через отвалившуюся черепицу на крыше или через разбитое окно. Наверное, за кем-нибудь погналась. Попробуем ее освободить.

Они попытались открыть дверь, запертую на ржавый замок и цепочку, поискали сломанную оконную щеколду либо разбитое окно, но все без толку.

Марк натолкнулся на шаткую лестницу, приставил ее к стене коттеджа и, пробравшись по крыше, сумел, открыв маленькое слуховое окошко на чердаке, протиснуться через него, после чего оказался в крошечной комнате с низким потолком.

— Я тоже иду, — крикнула Дерина.

Марк был уже внизу, когда Дерина пролезла через оконце и спрыгнула на голый пол, подняв целое облако пыли. Она слышала, как Марк ходит по выложенному плиткой полу и разговаривает с кошкой.

Когда она подошла к нему, Марк взглянул на нее и недовольно покачал головой:

— Посмотрите! Вы вся в пыли! Незачем было сюда лезть.

— Я подумала, что вам понадобится моя помощь, — ответила Дерина. — Эти кошки бывают такими дикими.

Он снял кошку с подоконника и погладил.

— Эта кошка едва не умирает от голода, так что совершенно не опасна.

Дерина подошла ближе и, наклонив голову набок, тоже погладила отощавшую кошку.

— Теперь она мурлычет, бедняжка. Что будем с ней делать?

Марк задумался.

— Отнесем ее в гостиницу. Там ей хотя бы дадут молока.

Он поставил кошку на пол, и она, выгнув хвост дугой, потерлась о его ноги. Он огляделся.

— Фу, какая запустелость! Здесь все сплошь затянуто паутиной! Но только посмотрите, какой отсюда открывается вид!

Он оторвал кусок отставших обоев, постелил его на широкий подоконник, и они, облокотившись на него, стали смотреть на живописный изгиб бухты, на песчаные пляжи и на зеленые поля на дальнем берегу.