Марьяне очень хотелось ответить что-то язвительное. Но она промолчала и только кивнула. Да, какие бы сложности не были между Таммами, мальчик вырос точной копией отца! И это не закон соленого огурца, это генетика.

— Так, ты поел, все инструкции мне выдал, а теперь марш в университет! Ты и так минимум одну пару прогулял.

— Две.

— Кыш!

Костя ухмыльнулся.

— Ну, я же не мог не проверить, как ты тут. Хорошо ли тебя устроил отец.

— Костя, не испытывай мое терпение!

— Понял, понял, — он поднял руки, усмехнулся и встал. — Тебе надо компенсировать то, что какой-то сопливый малолетка учит тебя жизни. Понимаю. Можешь даже наорать на меня для поднятия самооценки.

— Ты шапку надел?

Костя снова знакомо закатил глаза

— Да, Марьяна, надел.

— Пошли, я проверю.

Перед уходом Кости они почему-то снова обнялись — в этот раз коротко. За минувшие сутки что-то кардинально поменялось не только между Марьяной и Германом, но и между ней и Костей.

— Ты закроешь дверь?

— Да.

И, когда Костя уже был одной ногой за порогом, он вдруг негромко произнес, не оборачиваясь.

— Надеюсь, вам было хорошо сегодня ночью. И отец оказался на высоте.

— Что?! — спросила Марьяна пересохшими губами. Она очень надеялась, что ей это показалось. Что она ослышалась.

Но явно нет.

— Побегу я, — громко проговорил Костя. — А то у меня семинар сегодня. — И он быстро пошел к лифту, а от него обернулся и сказал: — Дверь закрой, простынешь.

Марьяна заперла дверь и привалилась к ней спиной. Да, от осинки не родятся апельсинки.

* * *

Внеплановый выходной неожиданно пришелся кстати. Марьяна позвонила Ксюше, выдала ей краткие инструкции. По голосу чувствовалось, что помощница просто сгорает от любопытства, но держится. Тимур явно ничего не рассказал о причинах отсутствия Марьяны на работе. И Тимур молодец, хоть и самодур, и Ксюша молодец, взрослеет девочка.

Поэтому Марьяна отложила телефон и позволила себе расслабиться. Ну, раз Герман оставил ее в своей квартире — он не мог не допускать мысли, что она сунет нос везде. И не только в холодильник, но и на полку с нижним бельем. В конце концов, Марьяна впервые оказалась в квартире такого класса. Грех не воспользоваться случаем. Ею двигало и женское любопытство, и профессиональное. Это, конечно, уже деформация. Нет, Марьяна никогда и никому не расскажет о том, что увидела в этой квартире. О том, что в ней было. Но не уложить новую информацию в свой профессиональный депозитарий она не могла. Это именно деформация. Надо все изучить. Просто на всякий случай.

А женское любопытство говорило, а, точнее, вопило вообще о другом. Поэтому в первую очередь Марьяна пошла в гардеробную.

Ну да, так она и думала. Темно-синие. И еще серые. Хорошего качества, но и только. Это у Тамма-младшего, наверняка, на резинке трусов название модного дома. Марьяна вспомнила анекдот про дочь Кельвина Кляйна и хмыкнула. А тут просто премиальный трикотаж, удобный покрой и все. Видимо, производить впечатление своими трусами Герман не привык. Другим берет. Марьяна вздохнула и закрыла ящик.

Все вещи Германа были такие — безупречного качества и консервативного стиля. И на этом Марьяна посчитала экскурсию в гардеробную законченной и пошла гулять по квартире.