— Ты уверен, что это именно он?

— Слишком уж все складывается, — кивнул Грег. — Увы, прямых улик нет, поэтому я могу только допросить его. Ну, ничего, я поеду в Уолштон и сделаю все, что от меня зависит, чтобы засадить этого урода…

— Уолштон? — переспросила Кейт, чувствуя, как что-то внутри неприятно заныло. — Так далеко?

— Не так уж и далеко, — мягко улыбнулся Грег. — Моя поездка займет всего-то четыре дня. Ну пять, если случится что-то экстраординарное.

— Четыре-пять, — повторила Кейт, и Грег явственно расслышал грусть в ее голосе.

— Кейт, я же не на месяц уезжаю…

Грег потянулся к ней и взял ее руку в свою. Кейт почувствовала тепло его пальцев и улыбнулась. Рука у него была крепкой и нежной, а у нее — маленькой, хрупкой и немного холодной. Кейт всегда мерзла, когда волновалась, и Грег, почувствовав легкий холодок в ее пальцах, начал согревать их своими.

Они молча смотрели друг на друга, не замечая ничего, что происходит вокруг. Бармен принес им кофе, но они продолжали сидеть и смотреть друг другу в глаза. За несколько минут, — Кейт показалось, счетом им была бесконечность, — они не сказали друг другу ни слова.

Слова были не нужны. Их взгляды говорили ярче всяких слов. Ее серые глаза смотрели в его глаза и говорили: «я буду скучать». Его голубые глаза смотрели в ее глаза и отвечали: «не успеешь соскучиться». В ее серых глазах была смутная тревога, а в его голубых — нежное лукавство и надежда, что эта тревога развеется очень скоро.

Кейт хотела бы, чтобы это мгновение никогда не кончалось, но, увы, как и все хорошее, оно обречено было закончиться.

— Ваш кофе остынет, — ехидно заметил Барри, который любовался ими, наверное, с минуту. — И не ругайте меня потом за то, что я принес вам холодный.

Кейт осторожно вынула свою руку из теплой ладони Грега и посмотрела на Барри таким взглядом, что несчастный бармен готов был провалиться под землю, лишь бы его не видеть.

— Я забыл извиниться за опоздание, — сказал Грег, когда бармен отошел от их столика. — Спасибо, что прождала меня сорок минут.

— Все это время я искала тебе оправдание, — насмешливо улыбнулась Кейт. — В конце концов, это ведь — не свидание, а деловая встреча.

— Ну уж? По-моему, Барри так не подумал, — хмыкнул Грег.

— Какая разница, что подумал Барри?

— Никакой, — согласился Грег.

— Пришло время откровений, Грег Кармайкл, — торжественно начала Кейт и, поймав посерьезневший взгляд Грега, рассмеялась. — Да не волнуйся ты, я не умею допрашивать с пристрастием. Лампу к лицу точно не подставлю.

— Утешила…

— У тебя были девушки? — прямо спросила Кейт.

— Странно, что ты задаешь этот вопрос сейчас…

— Странно, что ты никогда об этом не говорил.

— Не говорил, потому что ты не спрашивала. Это первое. А второе — да мне и нечего особенного рассказать. Да, были. Три романа, две случайных связи и одна-единственная любимая неповторимая — в моем воображении.

— Три романа — не так уж и много. Хотя, конечно, зависит от их серьезности и длительности, — шутливо рассуждала Кейт. — Две случайные связи — тоже, в общем-то, не так чтобы очень… А вот одна-единственная любимая неповторимая — это серьезно. В самом деле, Грег, расскажи, какая она?

— Во-первых, она не «идеальная красавица» писателя Кипа Моуза, это уж точно.