Как видно, Хрюк услышал скрип калитки и шаги по двору, потому что встретил Димку на крыльце. В руке у него был здоровенный кусок белого хлеба, намазанный прошлогодним вареньем, которое Колька без спроса взял из дедовских запасов. Из-за спины Хрюка с любопытством выглянула Галька, тоже уплетавшая подобный бутерброд.

Вообще-то Хрюк сильно прибалдел, увидев Димку со своим багажом. Он никак не мог подумать, что эта мелкота сумеет донести до деревни то, что сам Хрюк еле-еле дотащил от вокзала до поезда, а потом — от поезда до автобуса. И уж тем более не мог поверить, что парень управился так быстро. Хрюк-то рассчитывал, что пока все медленно добираются до деревни с тяжелыми вещами, они с Галькой и крыжовенное, и малиновое, и клубничное варенья попробуют, а потом укатят на велосипеде.

— На, забирай свои шмотки! — Димка подал Хрюку чемоданы. Хрюк, изумленно хлопая белесыми ресницами, принял сперва один чемодан, потом второй и пыхтя оттащил их на терраску. Димка тем временем снял рюкзак и тоже передал его Кольке.

— Како-ой сервис! — с легкой издевочкой произнесла Галька, дожевав бутерброд с вареньем. — На велосипеде доехали, багаж носильщик доставил…

Это злоехидное выступление сильно разъярило Димку. Наверно, у него в мозгах что-то не в ту сторону сдвинулось, потому что он свирепо сверкнул глазами и произнес слова, о каких еще минут пять назад даже не мог и подумать:

— Между прочим, сервис не бесплатный. С тебя, Хрюк, полтинник за прокат велика и столько же — за доставку багажа. Итого, сто рублей.

— Что-о?! — Поросячьи глазки Хрюка чуть из орбит не вылупились. — Ты что сказал, мелкота?! Крыша, что ли, поехала?!

И Колька замахнулся открытой пятерней, чтоб одним тычком спихнуть Димку с крыльца. Но Димка ловко отскочил назад, и Хрюк своей пятерней толкнул не Димку, а воздух. В результате Колька, большущий и тяжелый Хрюк, потерял равновесие и носом нырнул с крыльца, больно приложившись коленками и животом о деревянные ступеньки. Мог бы и нос разбить, но спасла выставленная вперед растопыренная ладонь. Правда, поскольку ступеньки крыльца некрашеные и шероховатые, Хрюк эту ладонь ободрал да еще и занозы под кожу загнал. Пока он охал и ругался, Димка не спеша вышел за калитку, подхватил велосипед, пересек улицу наискосок и очутился во дворе бабушкиного дома. Все-таки он еще недостаточно поверил в свои силы, чтоб по-настоящему драться с Хрюком. Как-никак, у Кольки рост почти метр семьдесят, а у Димки — всего только метр сорок пять. Да и вообще тяжести таскать — это одно, а драться всерьез — совсем другое. Наверно, если б Хрюк погнался за Лосевым и захотел расквитаться, то драка все же состоялась бы. Но Хрюк делать этого не стал. То ли потому, что подумал: никуда Димка не денется от расплаты, — то ли потому, что с минуты на минуту должны дед с дядькой прибыть, и требовалось замести следы преступления — кражи варенья.

Глава XI

«ОТВЕДИ МЕНЯ НА БОЛОТО…»

Бабушка и мама возились в огороде, пропалывали грядки. Поэтому Димка, закатив велосипед в дровяной сарайчик, поспешил в комнату, где отсыпался Чурачука. На всякий случай литровой банкой зачерпнул воды из ведра.

Божок, услышав Димкины шаги, осторожно выглянул из-под подушки. Ух ты! Мордаха у него приобрела размеры небольшой дыньки, типа «колхозницы». А когда Чурачука вылез целиком, то оказалось, что он без малого до метра вытянулся.

— Принес водички? — требовательно спросил Чурачука и тут же ухватился лапами за банку.