– Понимаешь, когда она покончила с собой, они были еще очень молодыми. Мелани была красивой, нежной и уверенной в себе, а Джулиан – очень неуверенным человеком. Я думаю, он не влюбился бы в Мелани, встреть ее сегодня, но тогда они очень подходили друг другу.

– Он все еще влюблен в нее, – грустно сказала Лиза, – влюблен в ее призрак.

Роберт сел и печально улыбнулся: – Ты действительно думаешь, что Джулиан все еще влюблен в нее?

Лиза выпрямилась, ее сердце бешено колотилось. – Возможно, в душе Джулиана борется много чувств, – задумчиво произнесла она, – и очень вероятно, что любовь – одно из них.

– Я думаю, в душе моего брата – единственное чувство, и это чувство – злость на себя. Лиза удивленно взглянула на него.

– Да, – протянула она, – Джулиан, безусловно, злится. Но я не уверена, что твой план сработает. Сомневаюсь, что у меня хватит женского очарования, чтобы вылечить его душу и растопить его сердце.

Джулиан пробыл в Лондоне две недели. Он занимался делами: выплачивал долги за последние десять лет и восстанавливал кредиты. Чем ближе он подъезжал к Кастл Клеру, тем сильнее ему хотелось увидеть Лизу. Он все это время не переставал думать о ней. Ему не удалось забыть ее. И, теперь мысли Джулиана были только о Лизе. А вдруг она уехала, пока его не было? Это бы не удивило его. Он бы почувствовал облегчение – и разочарование. О'Хара встретил его в библиотеке. – Ее светлость на пикнике с вашим братом, милорд, – объявил он.

Джулиан почувствовал укол ревности. Он понимал, что ревновать глупо. Роберт относится к Лизе как к сестре. Однако в следующий момент ревность вернулась. Что, если Лиза влюбилась в Роберта? Многие женщины становились жертвами его галантности и обаяния.

– Они одни? – спросил он.

– Да, милорд, – улыбнулся О'Хара. – Вы знаете своего брата. Роберт сказал, что не потерпит кавалеров, девушка нужна ему самому.

Джулиан злился.

– Где они? – хмуро спросил он.

– Они взяли двуколку и поехали к озеру.

Сен Клер внезапно почувствовал тошноту. Но все же вышел на улицу и приказал оседлать его любимую лошадь. Вдруг он увидел, как какой то всадник въехал в ворота Кастл Клера. Это была Эдит Таррингтон. Она подъехала к Джулиану легким галопом. Эдит была великолепной наездницей, часто охотилась с борзыми.

– Здравствуй, Эдит.

– Ты только что вернулся? – спросила она, спешившись.

– Да.

– И куда же ты так торопишься? – заглянула она ему в глаза.

На ней была бледно зеленая амазонка, прекрасно гармонирующая с ее матовой кожей.

– Роберт повез мою жену на пикник. – Джулиан старался говорить небрежным тоном.

– Понимаю.

– Почему бы нам не присоединиться к ним?

Эдит кивнула, и в ее глазах мелькнуло беспокойство, даже какая то неуверенность, не свойственная ей. Они вскочили на лошадей и тронули поводья. Всю дорогу Джулиан думал о Лизе и Роберте – сидят, наслаждаются природой, веселятся. Роберт отпускает шуточки, а Лиза смеется. Он видел ее улыбку, ямочки на щеках и сияющие глаза.

Вскоре они поднялись на холм. Джулиан резко натянул поводья, и лошадь встала на дыбы. Внизу он увидел мерцающее изумрудно зеленое озеро, где утонул Эдди, и которое унесло жизнь Мелани.

– Джулиан, тебе плохо?

Он не мог ответить сразу. Тошнота подступила к горлу.

– Нет, все нормально, – солгал он. Сен Клер не был на озере со дня их похорон.

Заметив внизу под деревьями маленькие фигурки Лизы и Роберта, он направил лошадь туда. Эдит поскакала за ним. Роберт и Лиза услышали топот копыт и повернули головы. Сен Клер остановил коня. Брат поднялся на ноги, дружески улыбаясь ему, но Джулиан едва взглянул на него и впился глазами в Лизу.