- Это кто тебе сказал? - возмущенно воскликнул он. - Кто тебе это сказал?! - заглянув в ее глаза, казалось, в самую сердцевину ее души. – МЫ справимся, ты меня слышишь? Вместе! Мы все сможем вместе, - он печально улыбнулся. – А если не получится, возьмем малыша из дома малютки. И он станет самым родным, любимым, нашим, - сглотнул, ощущая, что на языке появляется привкус слез. – И все у нас будет хорошо. Ты мне веришь?.. – он настойчиво стиснул ее щеки. – Веришь?

     Ей хотелось. Ей очень хотелось ему верить! В чудо, в счастье, в светлое будущее, где их будет трое.

   - Верю… - прошептала она, сжимая его плечи своими ручками, обнимая его сильнее, крепче. – Я верю! – и вдруг стало так тепло, так уютно, так спокойно. Надежно. С ним она готова была верить в чудеса.

   - И я верю, - тихо сказал Олег, закрывая глаза. – Мы вместе, и мы справимся!

   - Да, - тихо, но уверенно прошептала она ему в шею. – Да!..

     И не было в этот момент на земле человека более уверенного в предстоящем счастье, чем эти двое.

     Они вместе, рядом друг с другом. Рука в руке, одна жизнь и судьба на двоих. Одна любовь, одна вера.

     А значит, и костерок вскоре загорится в душе из тлеющих угольков, воскрешая умершую надежду.

________________

     Обнимая себя руками, она стояла около окна и смотрела на разыгравшуюся за окном непогоду. Снег, кружась вихрем, словно бы завывал, вторя ветру, который в потехе продолжал гнуть в разные стороны деревья и гонять клубки снежных пылинок по асфальту, и подбрасывая их в воздух.

     В квартире холодно не было, но ей вдруг стало зябко и неуютно, и женщина поежилась.

     Как она там? Как там ее упрямая гордая девочка? Одна, в такую непогоду!?

     Ее передернуло, сердце сжалось. Глаза закрылись, словно не в силах выносить тяжести век.

     Она сказала, что не вернется. Пошутила? Или, действительно, не придет домой? И даже не позвонит, не предупредит о том, где сейчас находится?

     Тревожный беглый взгляд метнулся к столу, на котором сдержанно молчал телефон.

     Гордая, какая же гордая!..

     Тяжело вздохнув, поняла, что не позвонит… За эти часы – ни одного раза, а на ее многократные звонки отвечал монотонный женский голос. «Абонент не отвечает или находится вне зоны действия сети».

     Уже через час после того, как дочь ушла, она остыла, осознав, что не стоило ей кричать. И, конечно, не стоило указывать Юле на дверь! Глупость, эмоции, чувства, желание дать своей девочке самое лучшее.

     Потом пришло осознание того, что она натворила и что ей наговорила.

     А может быть, не так и плох этот ее Игорь? Ну да, старше нее на семь лет, а дочери-то всего-то шестнадцать. Девчонка совсем! Что он может ей пообещать, что предложить?! Но если подумать, вырос он в хорошей семье, правда, с одним отцом, но тот у него врач, успешный специалист, профессионал. Да и ничего дурного ей не предлагал. Пока, по крайней мере. Да и школу Юля не пропускала из-за него, наоборот, защищая его, говорила, что он ее до школы провожает, а потом встречает. И не задерживает по вечерам, не шумит, не достает ночными звонками и не колотится в дверь. Почему же она на него взъелась? Почему на желание дочери провести вместе с парнем новогодние праздники в Ярославле с его бабушкой и дедушкой, так разозлилась, вышла из себя, запретила, ничем в общем-то не обосновывая свой запрет? Что на нее нашло? Почему она вспылила?

     Может, потому, что день на работе выдался суматошный? Праздничная неделя, перед Новым годом, когда все вверх дном, сотрудники стоят на головах, шеф сводит с ума поручениями и заданиями, отчеты, папки с не разобранными делами, задержка в офисе до десяти вечера.