|
Они остановились у дверей, и Аманда стала рассматривать внутреннее убранство собора. Приалтарное пространство было ярко освещено и имело на удивление современный вид: полукруглые ступени из белого шлифованного мрамора вели к застланному бежевым ковром возвышению и стоявшему на нем белому алтарю квадратной формы. Наконец месса закончилась. Прихожане и туристы потянулись к выходу, а Аманда и Лиз двинулись вперед, чтобы перехватить юнца с покрытыми пушком щеками, с виду типичного мальчика-хориста, шедшего по боковому нефу. — Нам назначена встреча с отцом Кайю,— произнесла Лиз на французском.— Он здесь? — Святой отец должен находиться в ризнице, мадам. — Вас не затруднит передать святому отцу, что из Лурда приехала Лиз Финч, чтобы повидаться с ним? — С радостью выполню вашу просьбу, мадам. Парень поспешил в ризницу, а Лиз и Аманда стали осматривать фрески и богатые украшения на стенах собора. Около алтаря Лиз остановилась, чтобы получше рассмотреть старинное изваяние — тридцатипятисантиметровую статуэтку Девы Марии, покрытую наполовину облупившейся голубой краской и стоящую на деревянной подставке под стеклянным колпаком. — Что здесь написано? — спросила Аманда, указывая на дощечку, установленную рядом. Лиз наклонилась, прочитала и перевела на английский: — «В год тысяча восемьсот пятьдесят восьмой от Рождества Христова, между семнадцатым и восемнадцатым явлением, юная жительница Лурда, скромная провидица из Массабьеля Бернадетта Субиру прибыла в Котре на излечение и прочитала молитву перед этим изваянием Пречистой Девы Марии». Закончив читать, Лиз удовлетворенно хмыкнула: — Что ж, это полностью подтверждает правдивость того, о чем рассказал мне отец Рулан. Возле них вновь появился мальчишка-хорист. — Отец Кайю находится в ризнице и готов принять вас. Пойдемте, я вас провожу.— Произнеся это, он, однако, не сдвинулся с места, а указал на статую Богородицы и спросил: — Вас интересует визит святой Бернадетты? — Очень интересует,— ответила Аманда. — В таком случае я покажу вам мемориальную комнату в ее честь,— обрадованно сказал юнец и торопливо поднялся по устланным ковром ступеням, ведущим к какой-то двери. Аманда и Лиз двинулись следом за ним. — Часовня Святой Бернадетты,— объявил мальчишка. Это было узкое голое помещение в современном стиле, с узорчатым ковровым покрытием, темно-бордовыми скамьями без подлокотников и несколькими небольшими фигурками святых на стенах светло-коричневого цвета. — Очень мило, и очень… никак,— констатировала Лиз. Похлопав юнца по плечу, она заговорщическим тоном сказала: — А теперь проводи нас к своему вождю. Парень посмотрел на нее озадаченно, и журналистка объяснила: — К отцу Кайю. Через несколько минут они вошли в ризницу. Отец Кайю стоял у стола и разливал горячий чай в чашки из лиможского фарфора. Подойдя к нему, Лиз протянула руку и представилась: — Я — Лиз Финч из американского информационного агентства. А это моя подруга, Аманда Клейтон. Она приехала в Лурд со своим мужем, который болен и жаждет исцеления. Поприветствовав гостей, отец Кайю предложил им сесть на стоящие возле стола стулья с прямыми спинками, а затем пододвинул к ним чашки с чаем. Кайю, облаченный в черную сутану, был толстяком невысокого роста. Густая черная челка была призвана компенсировать внушительную плешь, а на лице преподобного главенствовал фурункул, затмевавший собой даже выступающие вперед желтые зубы. |
